Книга Под кожей, страница 46 – Ника Коваль

Из-за жалоб соседей на крики в нашей квартире, к нам пришли органы опеки и были потрясены условиями, в которых я жила. Увидя, в каком мама была на тот момент состоянии, опека забрала меня и лишила её родительских прав. Остальное детство я провела в детдоме. Спустя две недели после того, как меня забрали, мама скончалась от передоза. И это стало ещё одним ударом для меня. Я осталась одна. У меня забрали всех. Хотелось вырвать себе сердце, порезать руки, разбить голову об стену. Всё, что могло закончить мои страдания. Даже были попытки, да. Шрамы на руках до сих пор напоминают мне тот вечер, когда я кусочком стекла в уголке игровой комнаты детдома пыталась вскрыть себе вены. Воспитатели были в ужасе и хотели снова отправить меня в психушку. Но психолог, который продолжал со мной работать переубедил их в этом. Он выслушивал всю мою боль, все мои рыдания и успокаивал как отец, которого мне так не хватало. Отправил меня к психиатру, он прописал мне хороший препарат, который помогал мне снова не уйти в состояние агонии. Но самое главное, он дал мне цель, которая стала причиной жить. Мне нужно найти убийцу сестры. И тогда, возможно, я смогу искупить вину перед ней.

И теперь я здесь. С теми же проблемами, но хотя бы с желанием совершить правосудие. Эта мразь так просто не уйдёт.

Вдруг я вспоминаю новую деталь своего сна. Тень. Он убил мою сестру? Или это игры моего расшатанного сознания? В любом случае, это не просто так. Возможно, он как-то связан с этим, но зачем тогда он меня спас? Так, ладно. Обдумаю это позже. На такую голову сложно мыслить.

Лис гладит меня по волосам, и я немного расслабляюсь. Сколько бы не было проблем, она всегда была рядом. Единственный человек, за которого я могу цепляться. И чем ближе мы друг другу, тем больше становится страх предательства. Не подумайте, намеков на это не было. Но с каждым разом боюсь этого всё больше. Келла я же тоже считала другом. И что в итоге… Предательства со стороны Алис я не выдержу. Это окончательно сломает меня.

— Как ты здесь оказалась? – тихо спрашиваю я.

Она чуть отстраняется и нежно улыбается.

— Ты вчера не написала доехала ли ты, и я забеспокоилась.

Точно. Вчера я была не в том состоянии, чтобы даже посмотреть в телефон. Чувство вины снова вспыхивает с новой силой.

— Прости, Лис… Я приехала и сразу вырубилась. – виновато шепчу я, опуская взгляд.

— Эй, всё хорошо. Я понимаю. – Она улыбнулась и погладила меня по плечу. – Как себя чувствуешь?

— Честно… не очень. Келл всё-таки был мне другом, а теперь… – руки автоматически потянулись к синякам на шее.

Её глаза расширяются, и она вглядывается мне в лицо, пытаясь понять о чём я. И тут я понимаю, что проболталась. Чёрт!

— Подожди… Это сделал Келл…? – Тихо, будто боясь ошибиться, шепчет она.

Между нами повисло напряжённое молчание. Я совсем забыла, что вчера так и ни в чём ей не призналась. Стоит ли вообще впутывать её в это? В моей голове все перемешалось, я уже не могу мыслить рационально, будто в голове у меня не мозг, а листы с информацией, которые все перемешались в одну кучу. Пытаясь взвесить все «за» и «против», меня одолевают самоуничижительные мысли, которые не дают мне принять адекватного решения. Но всё-таки с тяжёлым вздохом мне удается прошептать.