Книга Под кожей, страница 37 – Ника Коваль

Выхожу из заведения вслед за парочкой, держась на приличном расстоянии, и вижу, как Марк садится в чёрный внедорожник окружённый охраной. До ближайшего аэропорта ехать около 50 минут. С пробками – чуть больше часа. Отлично. У меня дофига времени.

Телефон вибрирует, и я вижу входящий от Рика.

— Алло?

— Надень наушник, дурень. Как ты хочешь выполнить заказ? Вслепую? – Раздражённо говорит он.

— Скорее, вглухую. –  Смеюсь я и направляюсь следом за Эммой. – Не переживай. Я выполню заказ.

— Очень надеюсь. Надевай наушник и выезжай.

— Да да, уже бегу.

Сбросив звонок, я подхожу к машине и достаю пистолет. Спрятав его за спину, осматриваюсь и замечаю, как голубки заворачивают за угол. Засовываю наушник в ухо, и не долго думая, направляюсь за ними. Клянусь Богом, если это чмо не уберёт от неё свои руки в ближайшие 10 минут, я их отрежу.

Не знаю почему так реагирую. Но что-то во мне призывает не выпускать её из виду. Этот Келл не внушает мне доверия. Как и все остальные, впрочем. Жизнь меня давно научила надеяться только на себя. В моём мире не может быть друзей и нет места любви. Стоит дать слабину или отвлечься, как тебе тут же всадят нож в спину.

Даже самые близкие люди могут оказаться монстрами.

Вдруг в ухо стреляет резкий голос Рика.

— Куда это ты нахрен намылился?

— Не переживай, дельце одно быстро сделаю и вернусь, – ровно говорю я.

— Чё? Какое дельце?! Крис! – повышает голос он.

— Я быстро.

Высовываю наушник, избежав брани в свою сторону, и засовываю в карман. У меня ещё есть время. Тем более убить этого зажравшегося идиота Осборна будет проще простого. Такие как он думают, что если обставить себя парой тупоголовых телохранителей, их не тронет сам Бог. Наивные ублюдки.

Мысли прерываются от женского писка, и моё сердце замирает. Эмма.

Ноги несут меня на звук. Подкрадываюсь к переулку, из которого идёт вибрация, и вижу, как Келл прижал её к стене и начал лапать. Глаза застилает красная пелена, гнев разливается по венам. Каждая чертова жилка пульсирует и кричит. Убей. Убей. Убей.

Тебе пиздец, малец.

— Я отрежу тебе член, если сейчас же не уберёшь от неё свои руки.

Они оба замирают, и я встречаюсь взглядом с зелёными глазами. Они полны страха и удивления. Но в них есть что-то ещё, то, что я не могу разобрать.

— Что тебе надо? Не лезь не в своё дело! – отвечает Келл.

Мои руки сжимаются в кулаки. Контроль.

— Я не буду повторять дважды.

— И что ты мне сделаешь? Я имею право трогать свою девушку, когда захочу! И никакой ебл…

Не дав ему закончить фразу, вытаскиваю из-за спины пистолет и выстреливаю ему в ногу. Раздаётся животный рёв, и он падает. Как эта мразь посмела назвать её своей? Слово пробило броню, как шрапнель. Контроль затрещал по швам. Эмма стояла не двигаясь. Возможно, не дыша. Её глаза – два зелёных озера шока – были прикованы к слизняку на асфальте. Нижняя губа немного подрагивала, и только сейчас я замечаю сползшую с её плеча лямку платья, вырез на ноге разорван и оголяет большую часть её бедра. Она переводит взгляд на меня, и я вижу в нём узнавание. Она узнала меня.

Направляюсь к Келлу, наблюдая, как тот пытается отползти.

— Я сказал, что не буду повторять дважды.

— Сука. Кто ты…блядь…такой…? – Выдавливает из себя он и трясется как осиновый лист.