Онлайн книга «Ангарский маньяк. Двойная жизнь «хорошего человека»»
|
— Что у вас тут случилось? — поинтересовался он у оперативника, курящего на крыльце. — Маньяк, ревизор и гости из Москвы, — хмыкнул тот. — Не знаю, что хуже. — Какой маньяк? — выдавил Михаил, не поверив своим ушам. — Лучше б спросил, какой ревизор, — фыркнул оперативник. — Китаев опять приехал, объяснить нам, неразумным, как правильно работать. — Так если все правильно, то, как говорится, переживать не стоит, — ухмыльнулся Михаил, чем так разозлил оперативника, что тот буквально подавился сигаретным дымом. — Вот и я об этом, — Михаил рассмеялся, дружески похлопал коллегу по плечу и прошел в отделение. Там царила напряженная атмосфера, которая обычно предшествует масштабным проверкам. Дежурный кивнул Попкову и молча протянул бумагу, которая объясняла все происходящее привычным казенным языком. Восточно-Сибирскому транспортному прокурору В городе Ангарске на протяжении ряда лет совершаются тяжкие преступления — убийства лиц женского пола на сексуальной почве. Это дает основания полагать, что преступления совершаются одним лицом (маньяком). Расследование указанных преступлений вызывает особую сложность. Принимая во внимание, что работник Вашей прокуратуры старший советник юстиции Китаев Н. Н. имеет большой опыт в расследовании данной категории дел и в настоящее время занимается научными разработками в этой области, прошу Вас разрешить Китаеву Н. Н. оказывать консультативно-методическую помощь в расследовании вышеназванных серийных убийств. Прокурор Иркутской области А. Н. Мерзляков Михаил перекинулся еще парой возмущенных фраз с дежурным и отправился домой, сославшись на желание отоспаться после дежурства, перед тем как забирать дочку из школы. — Да уже взрослая же она, пора самой из школы приходить, — хмыкнул дежурный. — Ну мы ведь знаем, что каждый день происходит, — ответил Михаил. Дежурный замер на секунду, чтобы справиться с болезненным уколом совести по поводу собственной дочери, а потом сконфуженно кивнул и попрощался. За те полтора года, что в отделении не видели Николая Николаевича Китаева, он успел сильно измениться. Казалось, что без того невыразительные черты лица следователя стерлись окончательно за ненадобностью, растворились вместе с мимикой. Он постарел, осунулся и как будто растаял в своем неизменном строгом нескладно сидящем костюме, который носил теперь все чаще, надевая форму лишь изредка. Изменения эти были вызваны в том числе и проверкой дел об убийствах девушек в Ангарске. Результаты той проверки выглядели не слишком обнадеживающе и не содержали никакой конкретной информации, кроме данных о сержанте Сергее Иванове. Несколько десятков дел об убийствах девушек. Очевидно, что не менее десятка дел приплели просто, чтобы связать воедино списанные в архив дела. Кого обухом по голове огрели, кому внутренности вырезали, кому кисти рук отсекли и отверткой насмерть забили. Всех нашли в разных местах и при разных обстоятельствах. У сержанта Иванова было алиби практически всегда. Выжившая девушка его опознала, да и машину его вспомнила, но дело все равно решили замять. Сергей из органов уволился, с сожительницей расстался и благополучно стал спиваться, а убийства продолжались. По этому поводу Китаеву тогда звонили из Ангарска: проверку устроил, не пойми в чем обвинил человека и тот уволился, а в отделении и без таких ревизоров людей не хватает… |