Книга Смерть в пионерском галстуке, страница 92 – Эльвира Смелик, Екатерина Горбунова

— Только быстрее! – выпалила Ася. – И скорую помощь вызовите. Пожалуйста.

— Она и так уже едет, – сообщил полицейский. – А ты посиди пока в машине. Сейчас все подробно расскажешь. И вы, Елена Михайловна, пока никуда не уходите.

Ася послушно забралась в машину, на заднее сиденье. Клуша топталась рядом с недовольным лицом и обиженно поджатыми губами, но следом за Асей не полезла – ее же не приглашали. А полицейский отошел в сторону, на ходу доставая рацию. Переговорил и сразу вернулся. Тоже уселся в машину, в кресло рядом с водительским, дверь закрывать не стал, развернулся к Асе.

— Все будет хорошо, – заверил ее убежденно, спросил: – Тебя как зовут?

— Ася.

— Отлично, – кивнул, сделал паузу, произнес: – Тогда рассказывай, Ася, что ты об этом знаешь.

И она рассказала – все, что случилось за эти дни, что услышала от Сэма и увидела своими глазами. Вспомнила и про пропавших вожатых, и про неудавшееся свидание Синичкиной и Митрохина.

Полицейский слушал внимательно, не смеялся, не говорил, что у нее чересчур разыгралась фантазия, уточнял, задавал вопросы. Возможно, просто уже привык. Он ведь в своей работе с самым разным сталкивался, потому особо и не удивлялся. Или ему по службе положено с любыми свидетелями так разговаривать.

А потом у него сработала рация. Он не стал выходить из машины, но отвечал в основном слишком коротко, чаще всего просто твердил «Да. Понял. Да». Хотя из рации тоже доносились голоса, но Ася с трудом их разбирала, слыша больше какой-то скрип и скрежет. Еще и кровь от волнения слишком громко стучала в висках.

Но эти слова она четко поняла – полицейский опять развернулся к ней, улыбнулся сдержанно, произнес:

— Не переживай, нашли ваших ребяток. Ваши же, лагерные, и нашли первыми.

— Они все живы? – с тревогой выдохнула Ася.

Полицейский почему-то ответил не сразу, сначала неуверенно замялся и только потом проговорил с нарочито бодрыми интонациями:

— Ну наверняка. А как иначе? Сказали, что всех нашли, значит, всех.

Ася посмотрела на него пронзительно, одновременно с надеждой и с сомнением, а он опять увильнул, перескочил совсем на другое.

— В общем, спасибо тебе за помощь. – Дернул бровями и добавил: – Только на будущее… давай с тобой договоримся, Ася. Лучше вот без таких приключений. А если случится что-то подобное, обращайся к взрослым. Вызывай полицию или спасателей. Хорошо?

Она кивнула на автомате. Слова полицейского пролетели мимо, задев лишь вскользь, и сразу забылись. Да и все остальное теперь текло как-то параллельно с Асей.

Полицейский, высунувшись из машины, окликнул Клушу:

— Елена Михайловна, всех нашли, скоро привезут. А вы позаботьтесь пока о девочке. Ей, я думаю, отмыться надо и переодеться. Хорошо бы еще врачу показать. У вас же есть врач в лагере? А потом пусть она отдыхает.

Ася и тут не стала возражать, равнодушно потопала за Клушей. Та отвела ее не в корпус, а в медпункт. В нем, как оказалось, был не только туалет, но еще и крошечная душевая, а чистую одежду принесла из отряда Лиля. Ася и ночевать там осталась, под присмотром медички.

Ей было все равно, абсолютно все равно, будто она больше не имела никакого отношения к окружающему ее миру. И это чувство отстраненности не исчезало еще долго.

И когда Ася уже официально давала показания полиции. И когда стояла в беседке, одновременно желая и боясь заглянуть в тайник. И когда писала на ее стене фразу, которую так и не смогла завершить. И когда собирала вещи перед отъездом. Как раз тогда она и наткнулась на спрятанную в чемодане тетрадь.