Книга Зимняя смерть в пионерском галстуке. Предыстория, страница 79 – Эльвира Смелик, Екатерина Горбунова

— Да и мне тоже. – И сразу ощутил себя вроде как спокойней и уверенней, потому что они с Майкой и тут совпали, обошлось без выяснений.

Его тоже смущало происходящее, не нравилось. Вот не нравилось, и всё, даже толком не объяснить почему. Ведь на первый взгляд вроде и слова верные, и действия – дисциплина, сплоченность, достойные цели, сами, вместе, мы сможем, мы обязательно сделаем.

Вроде бы звучало как надо, не поспоришь, – красиво, гордо, правильно, безупречно. И все равно что-то не так.

Вроде бы игра и в то же время гораздо большее, с каждым часом затягивающее всё сильнее и глубже. Словно зыбучие пески, о коварстве которых не узнаешь, пока не увязнешь до такой степени, что уже не выбраться.

Или Илья действительно просто боялся верить? И в себя, и в других. Сбегал – Бармута прав? – как только наступал момент решить: ты идешь дальше, до конца или останавливаешься, отступаешь, сворачиваешь в другую сторону?

Впрочем, он даже тут колебался, хотя давно хотел сказать: «Я не с вами». Опять боялся по-настоящему отделиться от остальных, а не просто выпендриваться и делать вид? Пока не появилась Майя и не оказалась смелее, пусть и девчонка. Причем уже не впервые.

Это ведь именно она кинулась к нему в темном зале, когда Димка с Жекой устроили дурацкий розыгрыш после рассказанной Павлом страшилки. Надеясь на защиту, ухватилась, прижалась доверчиво. Тогда уже и он ее обнял, и моментально понял: тут даже решать не требовалось. Уже решено, определено, и никаких сомнений.

— Ее не собьешь, – твердо произнес Илья. – У нее собственное мнение есть. В отличие от некоторых. – Окинул ребят насмешливым взглядом. – И ей тоже не сдались ваши дебильные игры.

— Да ты… – сдавленно рыкнул Бармута, наскочил, вцепился в футболку.

Жека дернулся, выкинул вперед руку.

— Вы что это?! – раскатилось по фойе, настолько громкое, что отразилось от стен, породило эхо. – Прекратить! Быстро! – Непонятно откуда появившийся сторож Юсуф стремительно метнулся в их сторону, без страха вклинился в самую середину, расталкивая мальчишек, рявкнул грозно: – А ну разошлись! Или сейчас всё вашим учителям расскажу.

Появись он чуть позже, вряд ли бы что-то смог сделать. На него бы просто не обратили внимания – их же пятеро, еще и Таня накинулись бы, не разбираясь, уже разгоряченные и вошедшие в раж. А тут еще из столовой, привлеченная или, скорее, напуганная криком, выскочила повариха, почапала к ним, тоже явно готовая вмешаться. И окончательно превратила происходящее в нелепость.

Не драться же со стариком и с толстой теткой.

Только у Бармуты сразу не получилось остановиться. Не по собственной воле отпустив Храмова, он попер на Юсуфа, яростно выплевывая ругательства, но теперь уже Жека встал у него на пути, забормотал тихо:

— Димон, Димон, стой. Стой! Потом. В другой раз.

— Я вам покажу «в другой раз», – пригрозил Юсуф, ничуть не меньше распалившись. – Разве не видите, и без вас проблем хватает? Совсем распустились.

Но Жека, не дожидаясь, когда он замолчит, по-прежнему твердил:

— Димон, не связывайся, не сейчас.

Таня тоже подключилась, ухватила за локоть, потянула назад.

— Дим! Дим, пойдем!

Бармута наконец взял себя в руки, отступил. И они действительно двинули прочь всей компанией. Сначала угрюмо молчали, но уже через минуту Снегирев, не выдержав, возмущенно воскликнул: