Книга Темная флейта вожатого, страница 140 – Владимир Волков

— Зачем же ты все-таки пришел? – выдохнул он, не глядя на Валерия.

— Услуга за услугу, – усмехнулся стажер. – Вы не выдали меня, поэтому я хочу реабилитироваться в ваших глазах.

С этими словами стажер достал из пакета знакомый конверт с надписью «Für meinen Sohn» и еще несколько листов, исписанных мелким почерком.

— Это перевод письма отца Шайгина, – сказал Валерий. – Прочитайте. У вас на многое откроются глаза.

Стаев молчал. Стажер повернулся и направился к выходу.

— Ах, да! Чуть не забыл…

Валерий полез за пазуху и извлек на свет небольшую книжечку из бурой газетной бумаги. Это был комикс, сварганенный на скорую руку и размноженный на ризографе в какой-нибудь полуподпольной типографии. «Бельский крысолов» – значилось на обложке стилизованными готическими буквами. Стаев усмехнулся.

— Теперь только ленивый не сравнивает вожатого с героем этой легенды. Стены домов исписаны разной дребеденью. Но как эта история поможет мне? Думаешь, вожатый решил устроить инсценировку сказочки?

— Да вы почитайте…

Стаев пролистал комикс и тут же отшвырнул книжечку в сторону.

— Пакость какая! Это все ложь! Все было не так!

— Конечно!

— Тогда зачем это? Кто это состряпал? Для чего?

— А вы не догадываетесь? Этот комикс – отражение коллективного бессознательного Бельска. Вы представьте себя на месте людей. Дети пропали. Их искали и не нашли. След обрывается у Орлиной горы. Никто ничего не объясняет. Куда подевались дети? – непонятно. Что с ними? – никто не знает. Что остается делать людям? Только заниматься мифотворчеством. Придумывать свое объяснение. Всего хорошего!

Когда за стажером закрылась дверь, Стаев сел за столик и развернул распечатанные на принтере листы. У него появилось чувство, что сейчас ему откроется великая тайна Шайгина. Может быть, самая главная. И предчувствие не обмануло.

4

«Дорогой мой сын!

Два года назад у нас с тобой произошел серьезный разговор. Поскольку он был довольно скомканным, я не уверен, что ты усвоил все сказанное. К тому же со временем воспоминания стираются, поэтому я счел нужным написать это письмо. Главное, что ты принял мой подарок, а значит, мне удалось убедить тебя в своей правоте.

Для начала расскажу тебе историю нашей семьи. Как ты знаешь, род наш по отцовской линии берет начало в Германии. Наши предки проживали в Нижней Саксонии еще в Средневековье и, как гласит легенда, все были музыкантами. Каждый по-своему был талантлив, но наш родоначальник был настолько выдающимся человеком, что с ним вряд ли может сравниться кто-либо из живших на планете. И это не преувеличение.

В архиве, который хранится в большом шкафу (он достался мне от отца, то есть твоего деда – Генриха Ноймана), ты найдешь деревянный ящичек. В нем лежит древняя книга. По преданию, ее создал основатель нашего рода во второй половине XIII века. Эта книга переходила по наследству от отца к старшему сыну. В ней содержится трактат «О музыке» на старонемецком языке, ноты некоего музыкального произведения и одна история.

Для начала остановлюсь на музыкальном произведении. Это соната без названия. Во-первых, сразу привлекают внимание необычные знаки нотации. Такой в XIII веке не было, да и быть не могло. Это наводит на мысль, что автор придумал свой способ записи музыкальных произведений. Так сказать, свой нотный язык. Во-вторых, сочинение совершенно не похоже на работы других композиторов Средневековья. Местами оно больше напоминает работу какого-нибудь авангардного композитора XX века. Но это не подделка, как можно предположить. Я отдавал книгу на экспертизу трем историкам-медиевистам, и все они подтвердили его подлинность. Есть еще и в-третьих, но об этом чуть позже.