Онлайн книга «Пионеры не умирают»
|
— Что это еще такое? – нахмурился Дима. — А ты, Дим, спроси у этого тюфяка, как его зовут, – подхватил другой, коротко стриженный. – А то мы тут все спрашивали, а он заладил: боисик, боисик… А чего боисик, не говоисик. – И заржал, победно поглядывая по сторонам. — Как тебя зовут? – спросил Дима у мальчишки, который наконец достал то, за чем лазил, – блестящий розовый кошелек. Мека подскочила, со свирепым шипением вырвала свою вещицу из его рук и собранную заново сумку пнула ногой по направлению к холлу. Парень стоял и молчал, как будто враз разучился говорить. Димины пушистые брови удивленно поползли вверх, под зачесанную набок челку, и смешно встали домиком. Полный парень отступил к своей тумбочке, вынул из нее шариковую ручку и блокнот. Из блокнота вырвал лист и что-то написал на нем, потом засунул листок за провод, идущий по стене к выключателю. Все молча следили за его действиями, потом дружно вытянули шеи, торопясь прочитать написанное. «Борис Шварц», – увидела Осипова, которая стояла ближе всех. — Я не выговариваю букву «р». Но не собираюсь никого тут веселить – я вам не шут. Так что вот мое имя, читайте и запоминайте, кому нужно, – сказал парень вроде бы спокойно, но выступившие на очень светлой коже багровые пятна румянца свидетельствовали о другом. Злополучная буква у него в самом деле звучала как нечто среднее между «л» и «ы». Дима протиснулся между ребятами, прочел написанное на листочке и кивнул. — Да, проблема, согласен… В общем, все поняли, что это Боря, Борис Шварц? Больше никто к нему с дурацкими вопросами лезть не станет, так? В последнем вопросе явно прозвучала угроза или намек на нее. И снова никто не возразил, только бровастый злобно ощерился. Рита с восторженным удивлением подумала о том, что Дима ведь ничуть не крупнее других ребят, он среднего роста, хотя и широкоплечий, крепкий. Секрет того, почему ему беспрекословно подчиняются, явно заключается в чем-то другом. Об этом секрете (а еще больше – о его носителе) и думала Рита весь остаток дня, который включал в себя ознакомительную прогулку по лагерю, торжественную линейку и обед. На тихом часе выбирали название отряда и речовку. В другое время Осипова бы активно поучаствовала, но сейчас нечто большее вошло в ее жизнь, заполнило ее до краев, вытеснило все, что прежде казалось важным. Ей ужасно хотелось наконец остаться в тишине, желательно в одиночестве, подумать и помечтать. Но, похоже, теперь весь месяц рядом постоянно будут люди, придется слушать их голоса, отзываться и отвечать на вопросы. А это очень нелегко, когда ты влюблена. После ужина Наташка Мекалева раскинулась на своей кровати, руки закинула за голову и уцепилась ими за спинку, а телом начала переваливаться с одного бока на другой, потягиваясь и извиваясь. А потом громко объявила: — А ничего так этот парень, Димка Васильев!.. Все, я его забила! Моим будет! Остальные промолчали. Только Ира Зотова глянула в ее сторону с насмешливым удивлением. Наташка сразу взвилась, вскочила ногами на койку и заорала: — Ты че так посмотрела на меня, а?! Че посмотрела?! Говорю, моим – значит, так и будет! Ты нарваться хочешь, что ли?! Но Ира ничуть не испугалась. Она высоко взметнула аккуратные тонкие брови и сухо ответила: — Не ори, у парней за стеной все слышно. Лучше голову сперва вымой и пятно с носа сотри. |