Книга Куда мы денем тело?, страница 82 – Кен Джаворовски

Я поняла, что в глазах собирается влага, и попыталась превратить ее в слезы. Не получилось, и я провела рукой по лбу, словно стараясь сдержать свои чувства.

— Можно мне побыть с ним наедине? – спросила я Стейси.

— Конечно. Конечно, – сказала она. – Если что, я в кабинете.

Я кивнула, и она ушла. Дверь за ней закрылась.

Через двенадцать часов после выхода из крематория я припарковала свою новую подержанную «хонду» рядом с обугленным каркасом моего старого «шевроле» и вошла в дом, чтобы собрать вещи. Я только что приехала из Хиллвью, от отца. Мы провели вместе целый час, и слезы, какие я не могла найти для Люка, включились на полную мощность – я сказала отцу, что приехала попрощаться, пусть и ненадолго.

Дома я достала из-под кровати две большие брезентовые сумки, сопровождавшие меня во всех поездках. Я купила их, когда мне было восемнадцать, в армейском магазине, был такой когда-то на Куин-стрит. Даже сейчас, в тридцать лет, заполнить их мне особенно нечем: в одну я сложила всю одежду, какую хотела взять, в другую – несколько фотографий в рамочках, стопку книг, несколько дорогих сердцу вещиц.

Зашла в ванную, забрать туалетные принадлежности.

Отдернула занавеску для душа. Там стоял Кап.

Я задохнулась, даже не смогла закричать. Он протянул руку и сгреб меня за ворот платья. Я сопротивлялась, толкала его, но силы были неравны. Он пихнул меня к стене и прорычал:

— Помнишь меня?

Наконец я набрала в легкие воздуха и выдавила из себя:

— Такого разве забудешь?

Одной рукой Кап распахнул дверь ванной, а другой потащил меня за собой, в гостиную.

— Теперь слушай, – сказал он. – Я пришел за своими деньгами. Будешь со мной дурить, тебе не поздоровится, ясно?

Ждать ответа он не стал. Пошел вперед и потащил меня за собой, так большой ребенок тащит изрядно потрепанную куклу.

Мы проходили мимо камина, и тут кто-то постучал во входную дверь.

Кап удивился. И ослабил хватку. Я тут же отстранилась. Одним движением схватила каминную кочергу и с размаху врезала ему по затылку.

Кочерга практически отпрыгнула от его черепа. Кап охнул и зашатался, еще чуть-чуть – и упадет.

Я еще раз замахнулась, целясь в голову.

Его руки взметнулись в попытке защититься.

Тогда я перехватила железяку как заправский гольфист и вмазала Капу по коленной чашечке.

Здоровяк рухнул на землю.

Чертова кочерга едва не погнулась.

Карла

Рид вышел из дома. В ту же секунду другая «хонда» пискнула, сняв блокировку с дверей. Рид открыл багажник, обошел машину вокруг и вытащил запасное колесо.

— Что тебе сказали? – спросила я Рида.

— Она сказала, что можно взять запаску.

— Очень мило с ее стороны.

— Да.

Рид подкатил к нам колесо. Потом Билли, Рид и я при свете фонарика осмотрели заднее колесо нашей машины. Несколько оставшихся обрывков покрышки прилипли к ободу. Они все еще дымились. Сама машина чуть завалилась набок. Если во всем этом и был какой-то плюс, то только один: запах горелой резины почти полностью перебивал смрад гниющего тела.

— Что ж, д-давай з-займемся этим, – сказал Билли.

Рид сказал:

— Открой багажник.

Я спросила:

— Зачем? Вот же запаска!

— Нужен ваш домкрат.

— Он с-сломался! – заявил Билли, слишком быстро и слишком громко. Чуть сбавив тон, он добавил: – Когда я менял запаску последний раз.

— Значит, запаски нет, заднего колеса, считай, тоже нет, а домкрат сломан, – подытожил Рид.