Книга Охотник за головами, страница 23 – Гловер Райт

Риордан промолчал.

— Вы проделали весь этот путь, наверняка чтобы сообщить мне нечто важное. Я ведь знаю, как вы страдаете в самолетах.

— Сэр, вы ответите мне на прямой вопрос?

— Искренне надеюсь, что да.

— Вам известны какие-нибудь причины, по которым смерть Патрика Бреннигэна отвечала бы нашим интересам?

— Нашим? Вы сошли с ума! Нет, разумеется, нет.

— Я не верю в то, что его убила ИРА.

Премьер-министр тяжело оперся локтями о стол, переплел пальцы рук.

— Ладно, допустим, что вы правы. Ну, и на кого же следует возложить ответственность за это убийство? Ради бога, исключая, разумеется, нас! На протестантов? На коммунистов? На одну из этих сумасшедших групп лоялистов? На профсоюзы? У нас множество врагов, и вам самому это прекрасно известно.

— Самый страшный враг, сэр, который у вас есть, окопался в вашем собственном доме.

Глаза премьер-министра под толстыми стеклами очков вспыхнули.

— Если это обвинение, то вам лучше предъявить достаточно серьезные улики.

— У меня нет улик. Только опасения. И интуиция. Причем не моя, а другого человека. Но речь идет не только об интуиции, но и об опыте. А это уж могу засвидетельствовать я сам.

— О ком вы говорите?

— О Маркусе Картере. Это телохранитель Бреннигэна. Пожалуйста, внимательно выслушайте меня. Картер попал в засаду, когда он, вопреки распоряжению Бреннигэна, последовал за ним вместо того, чтобы встретить миссис Бреннигэн в аэропорту.

— Мне передали по факсу отчет полиции. Он утверждает, будто на него напал армейский патруль. Полиция настаивает, что это были переодетые воины ИРА. Наверняка тамошняя полиция с ее опытом и средствами может отличить одних от других.

— Картер, сэр, в прошлом майор спецвойск США. Он утверждает, что на него напали хорошо подготовленные профессиональные воины. Отряд особого назначения. Скорее всего, английский. Прошу прощения, сэр, но он знает толк в таких делах.

Премьер-министр испытующе посмотрел на Риордана.

— Допустим, он не ошибся. Допустим, это был «техперсонал аэродромного обеспечения». И парни произвели ошибочную идентификацию. Напали не на того человека. Или не на ту машину. Сидели в засаде несколько часов, может быть, даже дней, устали, перенервничали… такие ошибки случаются, кое-кто думает, будто их можно исключить, но это неверно. Всякое бывает. Послушайте, к тому же этого Картера не убили, кажется, даже не слишком серьезно ранили, не правда ли? А наши парни порой бывают грубыми. И он еще возмущается. Его гордость задета. Он бывший офицер спецвойск. Вот в том-то и дело. Улавливаете? Риордан, комплекс неполноценности – самое распространенное заболевание в США, от него-то они все и лечатся. И если существует твердое доказательство того, что произошла прискорбная ошибка, я даю вам право выплатить ему компенсацию. Разумеется, в разумных пределах.

— В означенное время на означенной дороге не было никакого патруля – ни военного, ни военизированного. Ни «техперсонала», ни регулярных войск, ни полицейских отрядов особого назначения. Никого и ничего.

— Если вы и впрямь настолько верите этому Картеру, я нажму на них как следует, и мы рано или поздно узнаем всю правду.

— Сэр, вы не улавливаете, о чем я говорю.

— Вот как? Я часто слышу эти слова, но редко бываю согласен с ними. Так или иначе, попробуйте растолковать мне хорошенько.