Книга Хроники пепельной весны. Магма ведьм, страница 75 – Анна Старобинец

— У кого-то еще остались сомнения, что эта женщина – ведьма? – утирая кровь с лица, спросил Кай.

— Ведьма! Ведьма! – заревела толпа.

— Получается, ее нельзя сегодня повесить, – заключил игумен. – Бездушную ведьму необходимо казнить в вулкане. Любая другая смерть не убережет Чистые Холмы от дальнейшей порчи и мщения с того света.

— Раз ты, пастырь, признал ее ведьмой – укажи на нее иконкой, – подал голос староста Чен. – И тогда мы предадим ее лаве прямо сегодня.

— Не сегодня, – покачал головой игумен. – Она действует не одна. Это целый бездушный заговор. И я скоро его раскрою.

Он и сам не понимал, говорит ли сейчас вдохновенную правду от сердца, укрепленного верой, – или врет вдохновенно, чтобы оттянуть погибель этой женщины со смеющимися глазами, утратившей страх и разум.

— Рассказал ли тебе алхимик, где искать чудовищ, Анна, дочь Ольги?

— Да, пастырь. – Она кокетливо поправила на шее петлю, словно это был сползший на плечо кружевной воротничок. – Но я ни разу туда не ходила. Ты сходи туда, пастырь, и принеси мне чашу с кровью чудовищ.

— В чистом поле дремлет овен, Золотое руно… Причаститься его крови лишь немногим дано… – загундосила Ольга.

Анна приставила палец к губам, а потом этим же пальцем поманила игумена, как бы обещая поведать некую тайну. Кай наклонился к ней, и ведьма горячо и щекотно зашептала ему в ухо:

— Я смешаю небесновидную краску и сошью тебе наряд жениха, а себе – невесты…

Игумен залился краской. Анна обхватила губами, а затем чуть прикусила его горячую мочку. Кай почувствовал, как кровь, отливая от лица, наполняет его плотский посох тягучей похотью. Капля похоти даже просочилась наружу, подобно гемолимфе, сочащейся из разбухшей лапы мура, ступившего на вертикаль. Хорошо, что сутана скрывала от толпы этот срам.

Игумен отпрянул от ведьмы и хриплым голосом приказал:

— Уведите ее обратно в темницу.

Как-то раз один мальчик по имени Лазарь напился зараженной воды и после этого занемог. Местный лекарь давал ему лекарства, мать возносила горячие молитвы Великому Джи, чтобы тот исцелил ее единственного, любимого сына, однако ребенку становилось все хуже: он уже не вставал с постели, не принимал еду и питье, побледнел, исхудал, а на седьмой день болезни покаялся во грехах, чтобы предстать перед Богом с чистой душой, поцеловал Священный плод и впал в глубокое забытье. Матери Лазаря, работавшей на шелкопрядильной фабрике, дали выходной и велели забрать ребенка из интерната, чтобы тот умер дома. Так она и поступила.

Всю ночь безутешная мать сидела над умирающим со свечой, а в час рассвета глаза Лазаря широко распахнулись, и он сказал:

– Я хочу исцелиться.

Мать сначала обрадовалась, решив, что мальчик очнулся, но вскоре поняла, что тот говорит в бреду. И смотрел он не на мать, а в пустоту, как если бы над постелью больного склонился некто, видимый только ему.

– Как же мне найти ваш подземный дом? – проговорил Лазарь.

И ответил ему тот, кто незримо стоял у его постели:

– На краю Ядовитого Зеленого Луга лежит большой камень. Подними с того камня мох, и увидишь волшебную шкатулку-огниво. Распахни шкатулку, и откроется механизм. Потяни за рычажок, и появятся волшебные искры, которые нас призовут. Затвори шкатулку и подожди – мы придем на зов и проводим тебя в наш подземный дом.