Онлайн книга «Держиморда»
|
— Дык это!? Чаво это? — Здравствуйте, господа. — на улицу шагнула Аня и встала за моим плечом. — Боже ж мой, барышня! А вы, здеся, откуда? — У меня другой вопрос, уважаемые! — оборвал я, вредные для репутации сосватанной, и нужные сейчас расспросы: — А как получилось, что на складе уважаемого Ефрема Автандиловича оказались какие- то бандиты, а сторож Михалыч лежит совсем мертвым, зарубленный топором по голове. Где вы вчера были, любезные? — Ты кто такой, господин хороший? — раздвигая в стороны, впереди стоящих сил силычей, из заднего ряда начал протискиваться мужик с рожей кулачного бойца: — Мабуть, ты Михалыча и зарубил? — Я тот, кто на твоих поминках будет кутью и блины кушать- жало штыка чуть погрузилась в рыжую бороду любопытствующего, туда где у баламута должна быть шея:- Я не услышал ответа на свой вопрос — почему на складе оказались бандиты, которые и зарубили Михалыча, а здесь из вас никого не было? Гробовое молчание было мне вместо ответа. — Хорошо, пойдём другим путем. Ты возчик? — обратился я мужику с кем-то подобным кнутовищу в руке: — Почему вчера не работал? — Так это, барин, Сенька Епишев пришёл и сказал, что хозяин выходной объявил и водки передал, мол, уважил общество. — И ты сука, радостно бросил лошадь не кормленую, не напоенную, прямо в ярме и водку жрать побежал? А то, что Сеньку Епишева два дня назад хозяин выгнал — вы про это забыли все благополучно? Что молчите, трудяги? — Ну так, водка же барская, Смирновская, не по Сенькиному карману. Мы и решили, что хозяин его вернул и нам гостинцы прислал по причине революции. — оглядываясь на коллег, в поисках поддержки, обрадовался возчик. — Довожу до вашего всеобщего сведения, что сейчас по городу вовсю грабят и разбивают магазины и склады. И еще неделю вся местная рвань будет императорские коньяки жрать и шампанским запивать, а потом всё закончится на долгие-долгие годы. И кому водка в богатой бутылке важнее работы, можете валить, еще успеете нажраться вусмерть и даже в какой-нибудь мадере утонуть. Что стоите? Бегите, пока все магазины не разграбили. Почему-то никто не сдвинулся с места, даже рыжий мужик со штыком у кадыка. Но он себя вел гораздо спокойнее, чем остальные, даже старался дышать пореже. Оглядевши всех потупившихся работников я продолжил воспитательный процесс. — А Сенька за две бутылки…. — За три… — подсказал кто-то из заднего ряда. — Ну, хорошо, за три, сюда своих братанов душегубов провёл, и они Михалыча порубили, а потом сели вас дожидаться, чтобы свидетели не осталось. Повезло вам, что соседи ваши — я махнул рукой в сторону соседского пакгауза: — почуяли неладное и Ефрему Автандиловичу мальчонку с весточкой прислали. А, так как, хозяин ваш заболел, а я в вашем городе человек проезжий, то послал он дочку свою, Анну Ефремовну, чтобы она мне дорогу сюда показала. А тут такая катавасия. Пришлось мне мазуриков заактировать и вместе с Анной Ефремовной склад всю ночь оборонять. Видите? — я потыкал в дыры от пуль в воротах: — Кое-как от банды отбились. Убедившись, что все прониклись дырами от крупнокалиберных пуль, я перешел к следующему действу. — А теперь, слушай мою команду! Возчик! Коняшку обиходить, накормить, напоить… Кстати, где у вас кстати конюшня? — Так на складе же барин, только с той стороны… |