Книга Мятежник, страница 34 – Роман Путилов

Я подошел к шкафу, достал оттуда географический атлас, пролистал несколько страниц.

— Дмитрий, подойди сюда.

Брат повиновался, подойдя ко мне, не скрывая презрительного выражения лица.

— Дмитрий, ты же генерал? Кто, кстати, тебе присвоил это звание?

— Ты же знаешь, что отец. Зачем спрашиваешь?

— Скажи, ваше высокопревосходительство, в скольких сражениях, боях, кампаниях ты участвовал, сколько раз выиграл?

— Я много раз командовал конным полком княжества Булатовых, всегда выполнял поставленные задачи.

— Погоди, по, когда я приехал в Покровск, никакого конного полка не было, если не считать тех двух десятков всадников…

— Полк был кадрированный. Если есть знамя полка, командир и шеф полка, штаб…

— А шеф полка — это ты, Дима? Я правильно понимаю? И, на учениях, вы, развеселой компанией из двух десятков офицеров, изображали выполнение задачи, правильно?

Я вспомнил, как в прошлой жизни, во время службы в Непобедимой и Легендарной, мы, солдаты, целый месяц бегали по ночам вокруг военного городка, громко рыча, изображая кто танк, кто боевую машину пехоты, в рамках подготовки к «столичной проверке», строясь в механизированные колонны.

— В общем так, Дима. — я встал, что заставило подняться и братца: — Слушай мое решение. Своё княжество ты мне передаешь во временное правление, пока ты вновь не сможешь вернуться к обязанностям правителя. А потом ты отправишься в одну из орд, Гюлер тебе подскажет, в какую, и если ты князь и настоящий генерал, то меня интересует вот этот регион.

Я положил ладонь на Северный Кавказ и владения Ширваншаха.

— Если нужны деньги или снаряжения, отправишь мне нарочным письмо, я постараюсь поддержать тебя, в разумных пределах. Как понял меня?

— Ничего не понял. — помотал головой брат.

— А что тут непонятного? Поедешь в стойбище, можешь взять с собой всю свою свиту. До весны налаживаешь контакты, вербуешь сторонников из числа бедной и голодной молодежи, а весной выступаете. Что сможешь захватить — то и будут свои владения.

— А если у меня не получится?

— Что не получится? Завоевать себе кусок земли? Значит, падешь в бою, а я поставлю тебе небольшой памятник, конную статую возле семейного склепа в Покровске.

— Если не смогу никого поднять? Если за мной никто не пойдет?

— Значит, останешься в этой орде рядовым пастухом, глядишь, жену найдешь, детишки пойдут… — я пожал плечами, мол, что тут обсуждать жизнь скромного пастуха: — Все, Дмитрий, свободен, вернее, можешь отправляться в отведенное тебе помещение. О том, в какую орду сможешь уехать, тебе, в течение пары дней, сообщит Гюлер.

— Дорогой, тебе не кажется… — заговорила моя жена, как только шаги моего брата и конвоя затихли: — Тебе не кажется, что мои соплеменники не разменная монетка в твоих играх и не жертвенные пешки, которыми можно пробить путь для ферзя?

— Дорогая, ты тоже не передергивай. Твои кавалеристы из молодежи, как только покажут себя в походе и первом бою, начинают получать такое же снабжение, что и мои солдаты. Сколько раз мои самолеты вылетали на поддержку действий твоих воинов этим летом? Или может быть те, кто участвовал в прошлом походе вернулись домой бедняками с пустыми карманами, а не завидными женихами? И что бы они делали, если бы ты не повела их в Туркестан? Друг у друга овец воровали, или, от небольшого ума, пошли бы набегом на Покровск или на Верный? Только в этом случае мне пришлось бы выжигать под корень племя безумцев, чтобы другие запомнили, что этого делать нельзя. Ты на этом настаиваешь? Ты пойми, что лет через пять в твои степи придут уйгуры. К тому времени Китай выдавит их из Джунгарии, и они все придут сюда, чтобы занять ваши земли, забрать ваш скот, а вас всех перебить, ибо горе побежденному. Ведь ваши степи не смогут прокормить дополнительно миллион уйгуров? А ваши стойбища, если ты не будешь водить их в ежегодные походы, если я не буду снабжать их снаряжением, оружием и боеприпасами, выдержат удар ста пятидесяти тысяч уйгурских воинов, закаленных в боях с китайской императорской армией? Так для кого нужнее, чтобы твои родственники из степных разбойников превратились в современное, закаленное в боях и походах, войско?