Книга Царство Сибирское, страница 106 – Роман Путилов

Император подошел к глобусу, внимательно посмотрел на условные обозначения городов и дорог, окинул взглядом окинул Ирку, спокойно сидящую в кресле и повернулся к князю Белоногову, с презрительной улыбкой, стоящему у окна.

— Сваты от князя будут в вашем лагере завтра пополудни, господа.

— Государь! — взвыл Белоногов.

— Князь, в данной ситуации вы просто обязаны поступить, как человек чести. Сваты от вас будут завтра, свадьба через неделю.

Омск.

На свадьбу Ирки и князя Белоногова мы не попали. Через три дня после обряда сватовства, среди ночи, у моего изголовья взвыла фигурка Макоши, ее изумрудные глаза вспыхнули изумрудным светом. Рядом на ложе вскинулась Гюлер.

— Что-то случилось с Искандером! Надо лететь в Омск. Быстрее, Олег, пожалуйста!

Взлетели мы через час, в сопровождении всего одного боевого аэроплана. Мой адъютант Полянкин Крас Людинович был оставлен старшим по проведению свадьбы, я обязал его быть посажённым отцом Ирки.

В Омске на наш дом произошло нападение, причем впервые в этом мире, имело место массовое использование смертников. Из темноты, перед самым рассветом, появлялись люди, обвязанные пороховыми зарядами, бросались к нашей резиденции, несмотря на огонь часовых и охранников. Некоторые смертники взрывались при попадании пули в заряд, но, практически сразу, в сумраке к дому бросалась новая серая тень. Живые бомбы, не боящиеся смерти, несмотря на потери, постепенно приближались к самому дому, неся смерть и разрушения, убивая и калеча моих бойцов. Удержать нападавших удалось лишь внутри дома, в длинном коридоре, который вел в детскую и женскую половину дворца. Оставшиеся в живых, охранники и слуги удерживали этот рубеж, стреляя в упор в любую фигуру, появляющуюся в проеме. Люди падали, пораженные осколками и ударами взрывной волны, их оттаскивали в сторону, оружие пострадавшего подхватывали лакеи или повара. Вера Игоревна Бухматова, оставленная старшей и ответственной за безопасность детей, встала в стрелковую шеренгу с револьвером в руке, пока не упала на пол, обливаясь кровью от удара в голову от отлетевшего от стены куска кирпича.

На наше счастье, нападавшие кончились раньше, чем защитники. Подоспевшие к шапочному разбору контрразведчики пытались опросить раненых террористов, но те лишь бессмысленно мычали и пускали слюни, несмотря на то, что час назад, во время нападения, проявляли изрядную воинскую выучку и смекалку.

Раненых закидали на телеги и отвезли в госпиталь, откуда, после оказания помощи, направив в бедлам, надеясь, что разум у людей постепенно восстановиться. К моменту нашего прилета моя спецслужба пыталась установить личности нападавших, связь между ними, место вербовки и откуда они взяли бомбы.

Дворец сильно пострадал от множества взрывов и нуждался в ремонте, и я решил переместить детей и жену с госпожой Бухматовой в Покровск. Там было гораздо безопасней, а каждый чужак был на виду.

Когда носилки с раненой Верой Игоревной Бухматовой проносили мимо меня к аэроплану, женщина ухватила меня за руку и что-то прошептала.

— Подождите. — я махнул рукой, чтобы солдаты опустили носилки и отошли, наклонился к раненой.

— Что ты хотела сказать, Вера?

— Я недавно разговаривала с Ухтомцевым Авдеем Глебовичем… — просипела потрескавшимися губами бывшая гувернантка: — Вы с ним познакомились в столице, помните в оружейном магазине. Так вот, он перебрался в Омск, ищет службу. И он мне сказал, что ему неизвестна дворянская фамилия Ухтомских. Он в этом уверен точно, досконально изучал Бархатные книги, искал своих родственников, Ухтомцевых.