Книга Царство Сибирское, страница 100 – Роман Путилов

Глава двадцать два.

Полевой аэродром. Окрестности Воронежа.

Смотрели «Белое солнце пустыни»? Ну, ту сценку, когда появляется гарем Черного Абдулы, в черных никабах, или как оно там называется, полностью закрывающее все тело и лицо, покрывало. Вот и я испытал культурологический шок, когда из приземлившегося аэроплана с ВИП-салоном повалили плотно завернутые в голубую ткань, женские фигуры.

Показалось, что на аэродроме наступила тишина, множество недоуменных лиц военных повернулись в нашу сторону.

У нас, в Великом Княжестве Семиречье, конечно, своя восточная специфика и существенное влияние южных народов, но ничего подобного ранее я не наблюдал. Дамочки, а я надеюсь, что это в самом деле, дамочки, вполне обыденно поклонились мне, как это принято у личных служанок Гюлер, после чего окружили меня, одна из фигур пристроилась сбоку, чуть позади меня, после чего меня стали легонько подталкивать в сторону шатров лагеря.

Но только я встал как истукан, потому, как чувствовал, что рядом со мной не Гюлер, так как женщина у моего плеча была существенно выше моей жены. Не успел я возмутиться, как в спину мне зашептал знакомый голос:

— Май дарлинг, веди нас скорее в шатер, я потом все объясню.

Ну, слава богам, жена рядом, только опять что-то заковыристое придумала. Я любезно улыбнулся фигуре, замершей рядом, предложил ей опереться на мою руку и повел весь этот цветник или курятник в сторону большого шатра, приготовленного, как раз, к визиту моей жены. Пока солдаты перетаскивали багаж, а у пяти дам его набралось довольно много, пока служанки распаковывали чемоданы, одна из служанок, прихватив еще одну товарку, видимо для конспирации, поманила меня пальчиком и повела к моей палатке.

Посадив свою подругу у входа, активная служанка провела меня в самый темный угол моего жилища, где скинула платок с головы.

— Привет. — я вкусно поцеловал жену в губы: — Молодец, конечно, что прилетела так быстро, но что это за спектакль?

— Мне Макоша сказала, что здесь что-то нехорошее затевается, и мне лучше не ехать к тебе. Но, я не могла тебя ослушаться, и поэтому попросила Ирку на приеме изображать твою жену, ну, а на случай, если кто-то знает меня в лицо, велела всем покрыть головы и спрятать лица.

— Ирка? Ты что, взяла кого-то из наших в свое ближнее окружение, из славян?

— Почему из ваших? Это наше имя, означает Лучшая или Любимица.

— И твоя Ирка согласилась подставить свою голову вместо тебя.

Гюлер гордо вскинула голову:

— Она с радостью согласилась выполнить просьбу старшей в роду.

— Кроме того…- Гюлер хихикнула и зашептала мне в самое ухо: — Кроме того, я пообещала Ирке выдать ее замуж, а то девочка слишком высокая, наши женихи от нее шарахаются.

Императорская ставка.

В императорскую ставку прибыли мы большой и представительной делегацией. Кроме пяти дам я взял с собой десяток пилотов, в том числе и «водителя» моего летающего «лимузина», отличившихся в воздушных боях над Тулой, Тобольском и Воронежем. У всех офицеров на груди поблескивали серебром ордена в виде сокола с перекрещенными мечами. Для такой делегации пришлось нанимать десяток пролеток в Воронеже и в окрестных поместьях, да еще десяток солдат их аэродромной охраны изображали конный конвой, а на замыкающей пролетке, под чехлом, прятался шестиствольный пулемет с запасом патронов.