Книга Опасные манипуляции 4, страница 85 – Роман Путилов

Так я и доехала до дома — прижимая к животу изуродованный рюкзак и стараясь не поворачиваться к людям мокрой, от пролитого чая, спиной.

Просидев дома пару часов, немного успокоившись, я смогла просто переломить себя, помня, что на кону стоит несколько килограмм всеобщего эквивалента. Немного подумав, полностью сменила гардероб, взяла под руку небольшую спортивную сумку (подозреваю, что сегодня милиция будет останавливать девушек с рюкзаками за спиной), повязала на голову косынку, максимально спрятав светлые волосы, намазала губы темной помадой, тон которой ассоциировалась у меня исключительно с брюнетками, надела очки на пол лица и вышла из дома.

В сумерках я терпеливо стояла на трамвайной остановке напротив дома, где с молодым мужем проживала госпожа Синичкина, и, под удивленными взглядами пассажиров, один за другим, пропускала подходившие вагоны единственного проходящего здесь трамвайного маршрута. От окошек дома Тани Синичкиной меня надежно защищал гофрированный лист металла, играющий на этом остановочном пункте роль стены павильона для пассажиров, поэтому я, чувствуя себя совершенно спокойно, работала с материальными и нематериальными сущностями, расположенными на чужом подворье.

Глава девятнадцатая.

Людмила Жемчужная, жрица огненных демонов.

— Дорогой, ты меня встретишь? — что может быть невиннее такого вопроса, прозвучавшего в телефонной трубке служебного телефона в конце рабочего дня.

— Да? — муж мой был несколько ошарашен, но быстро поправился: — Куда надо подъехать?

— Понимаешь, я тут ноготочки делаю в салоне красоты, тут дом такой длинный, не знаю, какой у него номер, но он возле районного суда находится. Ты подойди на трамвайную остановку часиков в десять, мы оттуда вместе поедем.

— Но я же…

— Коля, просто подойди на трамвайную остановку и все. Чмоки-чмоки. — я положила трубку на рычаг уличного таксофона и присела на скамейку, откуда открывался прекрасный вид на дом моих фигурантов — процесс подготовки к запусканию красного цветка шел вовсю — растительность в неухоженном палисаднике, что занимал огороженную площадку между домом госпожи Синичкиной и высоким деревянным забором, успешно подсыхала, превращаясь в отличный, горючий материал — тонкие иссушенные стебельки готовы были вспыхнуть в любой момент. Раскачиваемые ветками яблони провода, сцепленные вместе, интенсивно терлись о металлическую скобу, что крепила несколько досок на чердаке сарая, готовя познакомить любопытствующую публику с таким физическим явлением, как короткое замыкание, чреватое возгораниями и прочими неприятностями. Я поступаю некрасиво и аморально? Может быть, но в результате подготавливаемой мной диверсии должно были пострадать только ограниченные места жилого дома и хозяйственной постройки, ориентировочно, по квадратному метру там и там, но вот паника должна была подняться очень серьезная. Пока я так оправдывалась сама перед собой, вечер шел своим чередом. Только что, в калитку интересующего меня дома зашла госпожа Синичкина под ручку со своим мужем, а до этого проскользнул какой-то молодой парень в серой спецовке и резиновых сапогах. Никто из них не обратил внимание, что растущая в глубине их двора яблоня сильно и часто раскачивает ветвями, при полном отсутствии ветра. Подросшие за пару часов ветви дерева зацепили протянутый по воздуху от дома к сараю электрические провода и сейчас старательно елозят этими проводами по окантовке слухового окна сарая.