Книга Опасные манипуляции 4, страница 84 – Роман Путилов

Итак, в нескольких метрах от цивилизации, от пассажирской остановки и большого, полного людей аттракциона, несколько человек крались в густых зарослях, чтобы причинить себе подобным боль и смерть, самую настоящую.

Между веток бесшумно показалось широкое лезвие, больше всего похожее на турецкий ятаган. Я замерла, стараясь не дышать. Лезвие бесшумно проплыло мимо меня, осторожно раздвигая ветки. Я примерилась и ударила стрелой, проваливаясь вперед, на упругую стену веток, в максимально длинном выпаде! Стрела погрузилось во что-то упругое, и я, выпустив из руки, мгновенно ставшим скользким, древко, откатилась в сторону.

— Э? — вопросительно прошептал кто-то за соседним кустом и через секунду я увидела фигуру человека, что пригнувшись и ступая абсолютно беззвучно, спиной вперед, двигался в мою сторону, держа перед собой натянутый лук с наложенной стрелой. Я медленно потянулась себе за спину правой рукой, чтобы достать одну из стрел, чьи оперенные древка торчали из расстегнутой горловины моего рюкзака.

Лучник еле слышно втянул в себя воздух, и видимо, почуяв запах моей туалетной воды, попытался развернутся в мою сторону. Я, понимая, что стрелу достать уже не успеваю, ткнула вперед черным лезвием ножа, зажатым в левой руке. Кончик ножа, проткнув ткань синего, потертого «адидаса», на мгновение уперся во что-то твердое, но потом, соскользнув, погрузился в мгновенно изогнувшееся, худощавое тело.

Все! Глядя на изгибающегося передо мной человека, что что-то крича, пытался дотянуться до своей раны на спине сбоку, я поняла, что мне надо бежать. Кроме коротенького заклинания вихря, которое я выкрикивала, ломясь через кусты, мне в голову ничего не пришло. Я вывалилась из заорслей на узкую дорожку, пробежала десяток метров, пряча нож и стрелы в глубину рюкзака, свернула вправо и оказалась на центральной аллее парка, среди десятка, спокойно гуляющих, горожан. Я, стараясь не бежать и не привлечь к себе внимание, быстро шла к выходу из парка, а где-то сзади, над кустами, крутилось, привлекая внимание горожан, необычное для наших краев природное явление — маленький торнадо, вздымающий в быстро крутящийся спирали кучи песка, пыли и всевозможного мусора. Покинув территорию парка, я, внимательно оглянувшись, нырнула во двор старого дома, а через три минуты вышла на Красивый проспект и смешалась с спешащими по главной улице города, пешеходами. Никто меня пока не искал, не выли вдалеке сирены, и вообще, это была совсем другая локация.

Первым моим желанием было нырнуть в прохладу метро, промчаться всего одну остановку, за пять минут добежать до дома, запереться и отгородится от всего мира и тихо плакать, пытаясь пережить весь сегодняшний ужас, а потом забыть о нем. Спустившись вниз, скормив ненасытному автомату желтый металлический жетон, я спустилась на платформу, и только там обратила внимание, что люди подозрительно косятся на мою спину. Испугавшись, что я могла изгваздаться в крови, своей или чужой, я отошла в сторону, прижавшись спиной к прохладной стене, я сняла многострадальный рюкзак. Кроме двух безобразных разрезов, он имел насквозь промокшее дно. Понюхав рюкзак и ощупав свою, также промокшую поясницу, а также покопавшись в содержимом рюкзака, я поняла, чудом уцелела сегодня. Стрелы не смогли до конца прорезать флягу с чаем и старое толстое одеяльце детского размера, которое я взяла с собой в предстоящую засаду качестве подстилки под седалище, ведь мама говорила мне, что девочкам нельзя сидеть на камнях, а я не знала, какое место для укрытия найду я возле дома госпожи Синичкиной.