Книга Опасные манипуляции 4, страница 71 – Роман Путилов

Николай Жемчужный, усталый мент.

Обожаю команду — «все сидим на рабочем месте, до особого распоряжения». Обычно она подается в конце вечернего развода, когда ты душой уже дома или в ином месте, в зависимости от твоих пристрастий и интересов, но не на службе, что уже вымотала тебя и выдоила досуха.

Особенно обидно сидеть, ожидая непонятно чего, когда ты рано утром, еще на рассвете, поднял свою, отчаянно желающую спать, тушку, вытащил ее за шиворот из теплой постели, переместил в чужой двор и оставил там, бороться со сном. И, чуть позже, твои сверх усилия были вознаграждены, из подъезда, в твои руки, вывалился такой-же сонный, как и ты, жулик, которого ты безуспешно выставлял в розыск, в дверь квартиры которого ты барабанил кулаком с десяток раз, выслушивая либо хихиканье, либо оскорбления, доносящиеся из-за двери, целостность которой охраняет Конституция. И вот долгожданный жулик слабо вырывается из твоих рук, начиная понимать, что в недобрый час он покинул свое жилище. А потом ты целый день давишь на него, чтобы он, поверив, что у тебя все козыри на руках. Рассказал о том, как они с корешами…

И вот ты несешь руководству оформленную явку с повинной, а злодей мрачно обдумывает планы на жизнь в течении ближайших нескольких лет. Ты ждешь от руководства похвалы, предвкушая заслуженный отдых дома, за бокалом холодного пива, наедине с любимой женщиной, а тебе говорят — никуда не расходимся, ждем команды…

Именно такие мысли вертелись у меня в голове, когда я в одиннадцатом часу ночи вышел на высокое крыльцо отдела милиции. Высоко в черном небе висел тонкий серпик полумесяца. С учетом того, что я сегодня встал в четыре утра, хотелось только добраться до дома и завалится спать.

Я тяжело вздохнул и двинулся на стоянку — вытоптанную до каменной твердости, глиняную площадку, которую мы делили с обитателями местного общежития, в здании которого размещался наш отдел милиции.

Прожектор освещения традиционно не горел. На стоянке темнел с десяток темных силуэтов разномастных автомобилей. Возле моего «УАЗа» был припаркован какой-то джип, возле которого вспыхивали несколько огоньков сигарет. Я осторожно двинулся к своему «козлу» — в нашем районе, с его простотой нравов, отправится в больницу было очень легко.

— Коля, ты домой? Меня подбросишь? — меня догонял мой сосед по кабинету.

— Домой, конечно подброшу. — я подошел к своему автомобилю и вопросительно посмотрел на трех крупных парней в темных костюмах, что курили в непосредственной близости от моей водительской двери. Наверное, какой-то местный торговый воротила приехал к нашим начальникам, «обкашлять» вопросы бизнеса, а это его дерзкие охранники.

Парни, явно чем-то недовольные, молча отошли от моей машины, и мы с коллегой заняли места в салоне. Минут пять погоняв двигатель на «холостых», я зажег штатные, тусклые фары и направил машину на выезд с площадки.

Глава шестнадцатая.

Людмила Жемчужная, драчунья.

То, что муж едет домой я почувствовала минут за пятнадцать до его приезда. Нет, с его браслетом, я ощущала его всегда, но чем ближе он был, тем яснее я видела «картинку».

Расставив тарелки и стаканы на столе, я пошла одеваться — захотелось выгулять Никсона и встретить благоверного во дворе, благо вечер был теплый.