Книга Опасные манипуляции 3, страница 53 – Роман Путилов

— Тебя! — сосед по кабинету, не отрываясь от журнала с цветными иллюстрациями, нетерпеливо тряс кистью с «трубой» перед моим лицом:

— Уже третий раз звонит, заколебал уже.

— Дядя Коля, это Леха — голос, сильно искаженный помехами на линии я узнал с трудом: — Нам бы пересечься.

— Через час, на Парашютной. Нормально?

— Да, норм.

— Мою машину помнишь?

— Помню. Давай, я от гаражей поеду, с включенными фарами, чтобы ты не перепутал.

Через час я притормозил у, одетой по моде местной «гопоты», сутулой фигуры, сгорбившись, бредущей вдоль проезжей части. Парень с сухой бледной кожей на худом лице, оглянувшись по сторонам, как в плохом шпионском фильме, влез на переднее сидение, рядом со мной и пригнулся пониже, к самой торпедо. Задние двери машины я заранее блокировал, даже самых безобидных представителей криминала я за спину не садил.

— Здорово. Че-как? — парню, пытавшемуся сжаться на соседнем сидении, я руку протягивать не стал — заразишься еще какой-нибудь дрянью. Мы уже проехали квартал, а мой спутник продолжал молчать, уставившись бездумным взглядом в лобовое стекло. — Алексей, ты что? Что случилось? Кумаришь, что ли? Я тебя на иглу не подсаживал. Пока ты ведешь себя нормально, я тоже к тебе по-человечески отношусь. Но как только ты крутить со мной начнешь, то наши с тобой отношения закончатся. Так что случилось?

Леша был первым моим агентом на новой «земле». На дежурстве я, для профилактики, «выдергивал» из камеры задержанных за всякое разное. Алексея доставили ППСники за подозрительный внешний вид (а какой он может быть у наркомана). Пообщавшись со мной около часу, Леша высказал осознанное желание делиться со мной наболевшим и потребовал аванс, на что был послан в грубой форме и выброшен пинком из отдела. Через день мой неоформленный агент, с раннего утра, «бил копытом» у порога моего кабинета, желая проучить вкусного и запретного. Как и все наркоманы, он считал себя очень хитрым и талантливым. Но, если широко раскрытые глаза и трагические жесты действуют на несчастных мам, верящих, что их беспутные дети образумятся и слезут с иглы, то я всякую ерунду слушать отказался и выгнал доходягу вон, мысленно поставив на этой личности крест.

Жемчужный Николай

Через два дня, к своему немалому удивлению, я обнаружил несостоявшегося негласного сотрудника спящим на стульчике у двери моего кабинета в восемь часов утра. Разбуженный легким пинком в щиколотку, Алексей, видно решивший начать наши отношения с чистого листа, давясь от переполняющего его праведного гнева, поведал мне о творящемся на микрорайоне форменном беспределе. Его малознакомый, носящий говорящую за себя кличку «Чмоня», с которым Алексей познакомился в местном клубе любителей расслабляющих веществ, вчера, в порыве откровения, вызванного качественным «приходом», поведал о надежном и стабильном заработке.

С недавних пор Чмоня стал встречать бабулек у местного отделения МинСвязи, провожать их, следуя в отдалении, а в укромном месте, с применением грубой физической силы, открыто похищать личное имущество. Так как встречал своих жертв Чмоня в дни выдачи пенсии, то обычно, полученных неправедно денежных средств, грабителю хватало на неделю, после чего по негодяй выходил на новую охоту. Эта информация мне сразу показалась перспективной, но, как и все оперативные материалы, требовала проверки. Игнорируя жалостливый взгляд получившего второй шанс Алексея и его заверения, что сегодня «все в цвет, отвечаю», я выгнал парня из «офиса», пригласив за заслуженной наградой на «после обеда». Через два часа, побегав по этажам, между следственным отделом, дежуркой и оператором ЭВМ, я со вздохом полез отдирать уголок плинтуса за шторой, где у меня хранилось то, что жаждал Алексей.