Книга Охотники за дурью, страница 84 – Роман Путилов

Дорожный район.

Кабинет начальника отделения «О» Дорожного РОВД.

— Громов, ты где целый день был? –при Максиме посмела открыть рот Кошкина.

— Твое задание выполнял. — я панибратски хлопнул барышню по пухлому плечу и бросил на стол перед ней стопку бланков допросов наркоманов, которые письменно подтверждали, что покупали наркотические вещества у гражданина Бубнова, номер квартиры не помнит, но показать может.

— А где эти люди, где наркотики изъятые? — Кошкина повернулась к Максиму, предлагая разделить с ней ее негодование.

— Марина, ты мне что сказала? Что тебе нужны показания на барыгу. Письменные показания у тебя на столе. Если ты чего-то другого хотела, то надо было так и объяснять. А насчет изъятия… Я может быть для тебя Америку открою, но, чтобы изъять наркотики, нужно, как минимум, два человека. Один постоянно смотрит, чтобы наркоман «чек» не выбросил, а второй бегает, понятых ищет. А я у тебя просил кого-то мне дать в помощь, а ты мне категорически отказала. Так что, получи, что просила ив следующий раз четче формируй свои желания.

— Максим Викторович! — обернулась Кошкина за поддержкой к начальнику отделения.

— Да, Максим, ты бы хоть занятие провел со своей заместительницей, на задержание взял, а то сидит в кабинете безвылазно, только мультики с Томом и Джерри смотрит.

Я быстро вышел из кабинета, отсекая себя закрытой дверью от поднявшегося там шума и торопливо поспешил в сторону выхода. Мне домой надо побыстрее, у меня звери целый день не кормлены.

Левобережье.

Площадь Бородатого Основоположника.

Где-то прочитал, что когда на площади имени автора книги «Богатство» построят все запланированные торговые центры, то она станет мировым рекордсменом по концентрации торговых площадей в одном месте, а чтобы обеспечить эти торговые центры покупателями, надо будет провести еще две ветки метро, но пока этот центр торговли представлял жалкое зрелище. Огромная строительная площадка вокруг замороженного недостроя гигантского Дворца культуры завода сеялок был превращен в очередную барахолку, а с внешней стороны забора концентрировались торговцы фруктами и овощами, но не бабушки, с парой трехлитровых банок соленых помидоров с дачи, а веселые смуглые молодые люди, окруженные штабелями пустых ящиков, картонных коробок из-под бананов и весами, ни разу не бывавшими на поверке в институте Метрологии.

Торговцы уже собирали ящики с товаром, оставляя после себя груды пустой тары, весело пересмеиваясь и забрасывая нераспроданный товар в подъехавшие автомобили, я же, проходя мимо, напряженно вспоминал, что у меня осталось дома из еды. Идти до дачного домика было всего минут пятнадцать, да еще под горку, вот только магазинов по пути, кроме небольшого хлебного, не предвиделось, а меня на участке ждут два голодных, нагулявших аппетит, пса. Раньше с этим вопросом не было проблем, мой сгоревший автомобиль был готов доставить меня куда угодно, а сейчас ноги после беготни были не готовы идти куда-то еще, только домой, разуться, затопить печь, поставить чайник, заварить кофе…

Выстрелы раздались неожиданно, что-то весело свистнуло совсем рядом, закричали и побежали люди. В смуглых молодых людей, возившихся с ящиками из грязного «жигуленка» цвета какао, без государственных номеров, палили из двух стволов другие смуглые люди, после чего, ревя двигателем и виляя кормой по обледенелому асфальту, автомобиль с киллерами умчался к перекрестку, протиснулся между, стоящими на «красном» автомобилями, и мигнув одним целым задним фонарем, скрылся за углом. Все это время я провел в стоя в глубоком сугробе, стоя по колено в снегу, спрятавшись за металлический столб, судорожно втянув живот, чтобы наружу ничего не торчало, и бессильно лапая пустую оперативную кобуру на поясе, матеря прокуратуру, что не закончила экспертизу по моему пистолету, свою лень, что не позволила мне доехать до гаража и взять там старенькую «копейку», которую я использовал для слежки и прочих мероприятий, да и вообще, гребаную жизнь.