Книга Охотники за дурью, страница 83 – Роман Путилов

Встретившись со мной взглядом, собаковладелец, молодой мужчина лет тридцати, радостно, как близкий родственник, улыбнулся и жестко дернув собаку, двинулся в сторону подъезда. А подъезд то был тот, где обитает мой фигурант, гражданин Бубнов, по кличке Бубен.

— Знаешь его? — я легонько толкнул, внезапно успокоившегося «нарика», кивнув на, заходящего в дверь подъезда, мужчину с собачкой, на что задержанный мрачно отвернулся и быстро ответил: — Нет, откуда?

И я сразу почувствовал, что человек, неловко поднимающийся со снега, мне соврал.

Дорожный район.

Кабинет уголовного розыска Дорожного РОВД.

— Ты что на меня бросился? — оттого, что я решил больше «под адрес» сегодня больше не ходить, а у парней, в чей кабинет я, незваным гостем, ввалился со своим задержанным, нашелся кипяток, чайный пакетик и пара кусков рафинада, я был практически счастлив, и этим своим счастьем был готов поделиться с людьми, в том числе и задержанным.

— Чай будешь? — пакетик повис над пластиковой кружкой «для задержанных».

— Нет. — парня начинало потрясывать, он, как думал, незаметно для окружающих, периодически поглаживал карман на бедре, где, очевидно, лежала порция дури.

— Ты у этого, с собакой, наркоту покупал?

— Нет.

— А если я «чек» у тебя заберу. — я небрежно хлопнул парня по мосластой ноге, отчего глаза того растерянно забегали.

— И я не шучу. — я откинулся на спинку стула и глотнул подкрашенного кипятка, единственным достоинством которого была температура: — Мне узнать, что это Бубен — дело пяти минут, только до компьютера дойти, а у тебя сегодня обязательно будет «ломка», на стену полезешь в камере.

— Да за что в камеру то? — возмутился наркоман.

— За сопротивление сотруднику милиции. Сейчас след от укуса найду и поеду к докторам, телесные повреждения «снимать». У тебя надеюсь, СПИДа нет?

— Насчет СПИДа не знаю, а гепатит есть…- равнодушно буркнул собеседник и я, уже по- настоящему, начал осматривать кисть. Слава Богу, вроде бы не прокусил, скотина, но, надо менять мои пижонские, тонкие перчатки на что-то более серьезное, из числа защитных, которые точно гнилые зубы очередного «наркоши» не прокусят.

— Так что, дурь у Бубна брал? — вновь подступился я к наркоману.

— Но вы же сами все знаете.

— Я знаю, а от тебя мне письменное объяснение нужно.

— Он же мне не продаст ничего больше!

— Так он итак тебе больше не продаст. — усмехнулся я: — Большое дело. Приятеля своего будешь посылать за дозой. Ты же не «в одного» брал?

Парень утвердительно мотнул сальной челкой.

— «Корешок» в соседнем дворе ждал.

Я вздохнул с облегчением. Если бы напарник наркомана увидел, что я того «вяжу» и подкрался бы сзади… Уверен, Кошкина бы «отмазалась», что я самовольно пошел работать в одиночку, в нарушение приказа, не взяв напарника.

— Ладно, давай пиши и будем разбегаться. — я подвинул к парню поближе бланк протокола допроса: — Не тяни время, ни твое, ни мое.

— Точно отпустите? –на меня уставились не верящие никому, совсем больные, глаза, с воспаленными сосудами. Лучше бы «Чернику форте» или «Тропикамид» в глаза прокапал, чем в вены всякую дрянь загонять.

— Давай пиши. Как закончишь писать — через пять минут после этого на крыльце стоять будешь.

— Что писать? — задержанный с тяжелым вздохом подтянул листок к себе.