Книга Сельский стражник, страница 38 – Роман Путилов

Честно скажу, не кривя душой — пока спускался с шаткой конструкции, чьи ступени страшно скрипели под моими ступнями, пока пробирался через огород, ежесекундно ожидал, что из-за угла покажется десяток молодых местных мужиков, которые радостно пристрелят меня из пистолета участкового, но Бог спас, не позволил погибнуть, укрыл меня от глаз местных жителей, пока я не скрылся в густом кустарнике, окружавшем деревню. Правда, когда перелазил через забор, бросил взгляд на дом, с чердака которого, я, только что, вылез — показалось, что дрогнула занавеска на окне, но ни тревожных криков, ни погони не было, поэтому будем считать, что привиделось.

Частный дом. Тихий центр.

— Ты что смотришь? — Ирина подошла неслышно, я слишком увлеченно просматривал на видеомагнитофоне свои записи: — Это что, кого-то убили?

— Да нет просто человеку плохо стало, вот его в машину положили и потом в больницу повезли…- я улыбнулся, судорожно нажимая кнопку «Стоп» на пульте от «видика».

— А зачем его на пол, а не на сидение положили? — подозрительно спросила меня кандидат в депутаты.

— Я откуда знаю? — притворно удивился я: — Дети степей, у них свое понимание, куда правильно человека класть. Ладно, дорогая, я поехал, ты же помнишь, что мне до утра, на «избирательном» дежурить?

— Можно я с тобой? — Ира умоляюще смотрела мне в глаза.

— Нет солнышко, давай, я тебя к родителям моим завезу, а сам поеду, сильно опаздываю, а там проверяют постоянно.

Я почти не соврал своей подруге. Избирательные участки действительно проверяли регулярно.

Деревня Журавлевка.

Свой пост я самовольно оставил в три часа ночи, заперев дверь за последним проверяющим, которых за ночь было у меня двое.

Надеюсь, что до утра никто больше не приедет, иначе мое отсутствие на посту, выявленное при проверке, окончится моим увольнением, и я ничего не смогу с этим сделать. Но оставаться в здании школы я не мог — где-то там, в темноте старого деревенского дома, лежал и неудержимо манил меня к себе, совсем как кольцо всевластия, мой табельный пистолет, который я должен был заполучить обратно, чего бы это мне не стоило.

Грета осталась с Ириной, а вот Демон поехал со мной, на дежурство. Председатель участковой избирательной комиссии, передавая мне ключи от избирательного участка и от школы, на черного пса, сидящего рядом со мной только покосился, милицейские проверяющие безуспешно просили «дать лапку», ну а теперь Демон оставался здесь за старшего. Посадив пса у входной двери в школу и пообещав скоро быть, я запер школу на ключ, прыгнул в автомобиль и помчался в сторону Журавлевки. Дорога, которая днем занимала минимум полтора часа, ночью отняла у меня всего минут сорок — нога на отнималась от педали «газ», а желтые, мигающие всполохи ночных светофорах приглашали не тормозить на перекрестках. Машину я бросил на дороге в деревню, метрах в трехстах от околицы, а ключ спрятал, повесив на сук приметной акации. Даже если я попадусь, запертая машина, как улика, перегораживает дорогу в Журавлевку, а ключ не найдешь, если не знаешь где искать.

Пистолет я зацепил со второго «заброса», просто почувствовав, как смертоносная машинка и обломок магнитного диска, с звонким щелчком, «склеились». Теперь важно было выудить мой «улов», чтобы веревка не порвалась и не развязалась, а оружие не за что не зацепилось.