Онлайн книга «Старший дознаватель»
|
— Похмелилась? Зря, плохая привычка. — я вновь в тянул воздух, Софья густо покраснела: — Да мы вчера с девочками немного посидели, в три часа домой пришла, а тут этот, Игорь, в семь часов утра по телефону позвонил… Надо было вилку из розетки выдернуть. Ты мне скажи, что ты тут… В это время по ступеням застучали чьи-то каблуки и через несколько секунд в мой кабинет ввалилась, никто иная, как Рыбкина Нинель Павловна, начальник следственного отдела и мой личный враг. Крепкая попа отодвинула в сторону, ошеломленную Софью, вместе со стулом в сторону, а маленький кулачок женщины припечатал на поверхность письменного стола мою утреннюю повестку. — И чтобы никогда, слышишь, Громов, никогда! — перед моим носом угрожающе махали напряженным указательным пальцем, с длинным, как коготь дикого зверя ногтем, голос дрожал и прерывался от ненависти и недостатка кислорода: — Даже думать не смел смотреть в сторону этого мальчика! Софья, круглыми, как у совы глазами проводила удаляющуюся спину, шипящей от злости, как паровоз, начальника следствия и повернулась ко мне: — Это кто? Это ваша Рыбкина была? — Ну да. Давай, беги скорее отсюда, а то, я чувствую, она мне не все еще сказала, скоро назад примчится, а если, не дай Бог, тебя разглядит и запомнит, то не даст тебе нормально с нашим следствием работать. — Я тебя позвоню… — пискнула начинающий адвокат и торопливо помчалась в сторону выхода. Пообедав бульонным кубиком «Магги», заваренным в кружке и зачерствевшим коркой хлеба, завалявшейся в столе, которая, если ее макать в пустой бульон, становилась, вполне себе, основным блюдом, я поспешил к уличному киоску, что стоял на автобусной остановке, прямо напротив моего, полуподвального окна. С купленной в киоске шоколадкой «Одухотворение» я и постучал в дверь с табличкой «Оператор ИЦ». — Привет. — я помахал шоколадкой перед, приоткрывшей дверь, невысокой брюнеткой с серыми глазами: — Обедаешь? Можно, я пока на компьютере поработаю? — Заходи. — из моей руки ловко вынули шоколадку, после чего дверь гостеприимно распахнулась. — Здрасьте, девочки! — я изобразил улыбку от уха до уха: — Не помешаю? За небольшим столиком в углу кабинета сидели еще две девушки в форме — инспектора детской комнаты милиции, перед ними стояла небольшая кастрюлька и миски с каким-то варевом, типа рагу — зарплату в РОВД задерживали на два месяца, а когда выдавали, то шла она, в основном, на покрытие долгов, поэтому сотрудники экономили на всем. — О, Паша, привет. Кушать хочешь? — шоколадку я выбирал «от души», мой презент оценили и ответно решили покормить опера, которые, обычно, были голодны, по определению. — Пахнет замечательно! — я с силой втянул носом, действительно аппетитный, аромат, исходивший из-под неплотно прикрытой крышки кастрюльки: — Но, к сожалению, только что поел. Я вопросительно посмотрел на хозяйку кабинета, дождался одобрительного кивка, спрятался за громоздким монитором и вошел в директорию. Каждый запрос в информаторий областного УВД положено было записывать в тетрадку и если ты лезешь в, то место, куда тебя просили, или как Нинель Рыбкина сегодня, категорически требовали не лезть, то можно было нарваться на неприятности. У той-же Рыбкиной могло хватить ума поставить «сторожок» на запрос по месту жительства «мальчика» Глеба, которой он, скорее всего, приходился родственником. И, при срабатывании этого «сторожка», что кто-то, любопытный, интересовался местом жительства подопечного, то у начальника следствия хватила бы «боевого безумия» устроить скандал или еще какую пакость в мой адрес. А вот если в качестве запроса указать весь дом полностью, то «сторожок» не сработает, так как нужные мне данные я увижу в составе огромного массива сведений, касающихся всех квартир, и, по всем учетам. И адрес дома можно записать невразумительным, «докторским» почерком, что Рыбкина, буде она решит проверить темы моих запросов, не сможет разобрать, пятым или шестым домом я интересовался. |