Онлайн книга «Отдел дознания»
|
— Олег Владимирович, я не знаю, что там по телевизору показывали, к сожалению, не смотрел… - начальник уголовного розыска обличающе тыкал в мою сторону пальцем: - Но, я считаю, что Громов натуральный псих и из зависти топит моих лучших оперов, которых вы прекрасно знаете! — Вот я, о чем и говорю! С чем я должен был и к кому подходить?! – я откинулся на спинку стула и скрестил руки на груди. — Так, оба сели и успокоились, а ты Александр Александрович, не ори тут понапрасну, этот у тебя тоже результат дает, я результаты помню. – Дронов устало потер лицо ладонями: - Ладно, Павел, времени мало, говори, какие у тебя есть доказательства. — Вот список. – я раскрыл блокнот на нужной странице: - Эти типы, наркоманы, с нашими операми работали. Этот в больнице лежит… — А эти двое почему зачеркнуты? – майор Окулов ногтем подчеркнул вымаранные записи. — Они умерли, передоз случился. Очень грустно. — Громов, если это… — Да вы что такое говорите, товарищ майор? – я приложил ладонь к сердцу, стараясь быть максимально убедительным: - Они же свидетели, их расколоть, сами знаете, легче легкого. А бы их, наоборот, берег. — И это все, что у тебя есть? — Вы с этого начните, для начала. Вот это, кстати, их связь, его брат на карьере взрывником работает. Я, как на него вышел, сразу от Вареника по голове и получил. — Олег Владимирович, я, все-таки считаю, что Громов сейчас сводит счеты. Один из этих, так сказать, связей, сейчас в больнице лежит, потому что Громов его подстрелил, и на Громова обличающие показания дает. Так опера из тяжкого оперативно сопровождали расследование уголовного дела по превышения полномочий со стороны Громова, вот и вся связь. У меня, товарищ полковник, тоже таких связей полно. — Знаешь, Саша, вот ты в опера своего пальцем тычешь, во всех грехах его обвиняешь, а ты мне докажи, что он такой мудак.Тебя сейчас, кроме него и тяжких сколько оперов «живых»? Человек десять будет? Вот ты их собирай и по этому списку все пусть работают. А в девять часов вечера ты мне результаты работы и доложишь. Только давай сразу договоримся – если ты придешь и мне скажешь, что бред этого опера не подтвердился, я хочу лично с этими наркоманами пообщаться, стариной тряхнуть. И, кстати, а где сейчас опера группы тяжких? Ты что, считаешь, что мы с тобой здесь, все спокойно, и можно историю забыть? Нет, Саша, у нас с тобой в кабинетах телефоны разрываются и до шестнадцати часов вечера я хочу твоих лучших оперов видеть у себя в кабинете, с объяснительными в руках. — Кстати, Громов. –начальник повернулся ко мне: - А сколько долларов там у тебя было, а то я не разглядел. — Тысяча долларов, в десяти упаковках по сто штук в каждой. Судя по видео, следователь, Варенников и Плотников взяли по сто долларов, а Конев – двести. — Ты что, хочешь сказать, что они из-за ста долларов в эту историю встряли? Тьфу ты, прости Господи. – полковник Дронов замотал головой. — Ну почему из-за ста долларов? Еще мне товарную партию «герыча» подбросили и пистолет… — Кстати, товарищ майор… - обернулся к Окулову: - Вы же доказательства хотели. Наверное, вам еще и эксперты звонят, рассказать где этот пистолетик отметился. Вот вам и доказательства будут. — Вообще это ничего не доказывает, я уверен, что они его нашли… |