Книга Ничего личного, страница 112 – Роман Путилов

— В каком смысле?

— Ну вот у вас написано, что «Инвестор вправе вносить свою долю либо денежными средствами, либо строительными материалами по согласованным сторонами ценам.

— У вас есть доступ к строительным материалам?

— Есть. – я посмотрел в глаза менеджеру: - Вопрос только, по какой цене вы их примете?

Были ли у меня строительные материалы? У меня не было, а вот у Завода… тоже не было, но вот должники, которые были хоть завтра закрыть свой долг кирпичом, цементом, бетонными изделиями и прочими шлакоблоками – были, и довольно таки много.

— Нет, это несерьезно. – я отодвинул от себя лист с, только что отпечатанным, прайсом: - Вы тут сколько накрутили себе – сорок процентов? Аппетит свой умерьте пожалуйста. Я был на вашей стройке, там, кроме ямы, извините, ни хрена нет. И с чего к вам люди пойдут заключать инвестиционный договор, когда у вас там три калеки в яме проволочку крутят и больше ничего не делают? А ведь вы рекламируете постройку семиэтажного кирпичного дома. Да у вас вся площадка должна быть заставлена поддонами кирпича в три ряда, а там кроме вагончика, туалета и десятка плит перекрытия, ничего нет.

И, кстати, я прекрасно знаю розничную цену на кирпич, слава Богу, половина Города завешана плакатами двух крупнейших производителя кирпича Западной Сибири.

В общем, мы договорились. Заплатив символическую сумму «наличкой», я брал на себя обязательство «внести инвестиционный взнос в срок до окончания третьего квартала текущего года, путем внесения денежных средств в кассу предприятия, либо передачи Исполнителю в собственность строительных материалов, согласно согласованного сторонами договора прайса».

Строители брали обязательство передать мне во втором квартале девяносто пятого дома двухкомнатную квартиру на третьем этаже, общей площадью в пятьдесят пять квадратных метров.

Локация Завод, помещения коммерческого отдела.

Начальник коммерческого отдела, молодой мужчина, пришедший на работу две недели назад, когда комиссия по работе с дебиторами пришла к выводу, что не стоит тупо судится с контрагентами, а потом безнадежно ждать, когда на, арестованных по десять раз, расчетных счетах организаций появятся деньги – дело неблагодарное и сомнительное. Люди бы и готовы с нами рассчитаться, но, только деньги им нужны самим, а вот товар мы можем взять, причем даже с доставкой силами продавца до склада покупателя. Пока же усилия коммерческого отдела были скромными, да и сотрудников, кроме начальника отдела, пока не было, но наш генеральный верил в успех и постоянно приговаривал, что необходимо во всех проявлениях работы стремится к новому, передовому, а Завод уже дозрел до приема на работу заместителя директора по финансам.

Коммерческий начальник встретил меня насторожено.

— Здравствуйте. Что-то хотели?

— Да, Алексей Федорович, хотел. А есть ли у вас кирпич на продажу?

— И сколько вам кирпича надо?

Я назвал количество, мне озвучили цену. Я призвал к остаткам совести Алексея, он смутился, но лишь слегка, по цене «подвинулся» еще меньше. Я сходил в кабинет и распечатал на «черновиках» соглашения с парой наших дебиторов, которые я сам и готовил, с согласованными ценами на кирпич. «Коммерсант» потупил взгляд, но остался на своем, ссылаясь на распоряжение директора.