Книга Из ложно понятых интересов службы, страница 1 – Роман Путилов

Глава первая.

Январь одна тысяча девятьсот девяносто второго года.

14.01.1992 года

— Осужденный, встаньте!

Я нахожусь в пустом, оттого кажущегося еще более огромным, зале судебных заседаний уголовной коллегии областного суда.

Кроме трех профессиональных судей и секретаря судебного заседания и подсудимого, к моему счастью, сидящего не в клетке, заседание не почтил своим вниманием ни один человек. Большинство моих знакомых считает, что я маюсь дурью и тяну грозного тигра судебной машины за мягкую, меховую кисточку на подбородке. Тетечки в высоких креслах под выбитым на светло-серой жести герба РСФСР, бросали на меня недовольные взгляды, пока судья –докладчик сбивчивой скороговоркой, зачитывал выжимку из дела.

— Осужденный, вы осознаете правовые последствия поданной вами жалобы? Вы осознаете, что мы не связаны доводами нижестоящего суда и вместо применения к вам акта амнистии дело может окончиться реальным наказанием… — женщина –председатель судебного состава, в темном костюме и высокой прической типа «бабетта», которая перестала ей идти лет пятнадцать назад, пыталась пронзить меня взглядом серийного убийцы: — Еще есть время все трезво взвесить и написать отказ от заявления. Сколько вам необходимо времени, чтобы хорошенько все обдумать?

Коллеги, считаю необходимым перенести рассмотрение этого дела на четверг. Каково ваше мнение? — короткий обмен взглядами и председатель объявляет перерыв до четверга, на прощание заботливо предлагая мне хорошенько взвесить последствия своего необдуманного поступка.

Странно, но на крыльцо областного суда я вышел в хорошем настроении. Весь мой жизненный опыт просто орал, что, когда чиновники, каждый день, без колебаний и сомнений, решающие судьбы десятков человек, начинают уговаривать тебя подумать, проявить благоразумие, позаботиться о себе и прочими способами проявляют заботу о тебе, неразумном, означает только одно — твое дело очень вонючее. Оно настолько вонючее, что если просто смахнуть твою жалкую фигуру с доски, то останутся грязные, токсичные разводы, которые придется убирать уже самому вершителю судеб, а это чревато, что чиновник замарается, пропитается мерзким запахом. И если позже, через много лет, с развитием институтов демократии, чиновникам стало глубоко плевать на компромат в их адрес, то пока, на заре становления Новой России, мараться вершители чужих судеб еще опасались, тем более бесплатно.

Судьи второй инстанции областного суда, рассматривающие мою жалобу на приговор в отношении меня, видели меня первый раз, и я был им безразличен. Они бы с удовольствием проштамповали бы решение районного суда, выполняя неписаные нормы корпоративной солидарности, но утверждать обвинительный приговор при полном отсутствии любых доказательств по делу — такой расклад заслуженных юристов не устраивал. Тем более что, фамилия судьи районного суда, осудившей меня, ни разу не совпадала с фамилиями судей, рассматривающих мою жалобу. Зато фамилия одной из присутствующих здесь женщин совпадала с фамилией судьи районного суда, которой адвокат Кружкин Борис Семенович, согласно записи его пьяной болтовни, ставя девушку в коленно-локтевую позу, диктовал решения по своим делам, а значит он имеет отношения с судьями из этого семейства, что с мамой, что с дочерью.