Книга Исполняющий обязанности, страница 11 – Роман Путилов

— Ну да, краем уха. Раскрываемость и проценты — это ведь тебя в основном касается.

— Значить плохо слушали. Если две кражи и разбой или грабеж до конца года не раскроем, премий в первом квартале следующего года получать не будете, а в отпуск пойдете в солнечном декабре.

— А мы тут причем. Ты что говоришь, то мы и делаем.

— Это парни называется безынициативность и пассивность, а за нее вам только голый оклад содержания будут платить. А премия платится только инициативным, целеустремленным и находчивым…

— Паша, прекращай нам мозги канифолить, скажи, что надо сделать, и мы сделаем…

— Что, проняло? Ладно. Студент, идешь в дежурку и регистрируешь материал — я подтолкнул в сторону подчиненного три сцепленных скрепкой листочка.

А завтра, в семь утра вдвоем цепляете и доставляете сюда внука покойной бабушки — он третий, у кого был ключ от квартиры, и он к бабуле иногда заходил, так что, если считать, что никто из сестер не обворовал маму, то самым перспективным персонажем на роль злодея получается внук.

Карма настигла меня почти сразу, уже на вечернем разводе.

— Это что такое, ядрить твою за ногу — шеф потрясал в воздухе знакомыми мне листочками, которые я надеялся, спихнуть кому ни будь другому, территориальщикам, например: — Громов, какого хрена!

— Да что не так, Александр Александрович?

— Ты еще спрашиваешь? Мало того, что принимаешь заявление по всякой хрени, так еще и в ориентировке пишешь, что попало. Как это «неустановленное лицо в неустановленный период похитило из квартиры гражданки Болотовой А.В., одна тысяча девятьсот девятого года рождения неустановленную сумму денег.»? А что ты установил точно?

— Да там ничего точно не установишь. Достоверный факт только один — бабка умерла, а кто-то взял деньги.

— А с чего ты взял, что деньги там были?

— Я нашел под кроватью десятку, а от нее ссаками пахло — специально «подставился» я, чтобы разрядить обстановку.

Народ несколько секунд недоуменно смотрел на меня, после чего все дружно грохнули. Когда личный состав отсмеялся, некультурно тыкая в мою сторону пальцами и пихая друг друга, а шеф вытер платком выступившие слезы, я продолжил уже спокойно.

— А если серьезно, то смешного тут мало. Я под кроватью нашел десятку, от которой мочой пахло, и от постельного белья и матраса также пахло. Доживете до бабкиного возраста — поймете, о чем я говорю. Получается, что в матрасе были деньги, и кто-то их забрал, там шов сбоку разошелся. И денег было много, что вор не заметил, что одна из купюр спланировала и улетела под кровать.

Ну, значить, бери и разбирайся с этой кражей — шеф протянул мне тощую стопку материалов — В журнале не забудь расписаться.

— Шеф, но это же не квартирная кража, вы и так нас раскрытиями озадачили…

— Ну как установишь, что кража не квартирная, так и передашь на территорию. А пока дерзай!

Когда я вошел домой, телефон на книжном шкафу разрывался в истерике, тут же, в тесном коридорчике малосемейки, хлеща, как дубиной, хвостом по стенам, дверям и моим ногам, с поводком в зубах, метался Демон, который очень давно хотел в туалет. Пока я думал, что сделать первым, телефон, хрюкнув в последний раз, заткнулся, что решило мою дилемму в пользу выгула четвероногого друга. В следующий раз звонок телефона я услышал примерно через час, когда мы набегавшись и на общавшись с интересными и молодыми особами, вернулись с прогулки. Демон на кухне вкусно чавкал кулешом на костях, а я успел расположиться с огромной чашкой кофе в кресле, когда телефон напомнил, что день еще не кончился.