Книга Квартирник, страница 62 – Роман Путилов

Вчера я сдал криминалистам самопал, патроны и постановление о проведении судебно— баллистической экспертизы, и выпросил у экспертов несколько фотографий. А вечером я занимался криминалистикой. Обложившись учебниками судебной экспертизе, я выбивал на пишущей машинке экспертное заключение, которое гласило, что с поверхности и внутренней стороны резиновых медицинских перчаток импортного производства, направленных на исследования после обыска в комнате общежития по улице Начдива четырнадцать, было изъяты крупицы талька, которые по составу, размеру и консистенции, полностью аналогичен тальку, изъятому из квартир по адресам…, после совершения там квартирных краж. Надеюсь, что мой труд до двух часов ночи был не напрасен — или Денис Козлов признается в кражах, или приобщу к курсовой работе по криминалистике на зимнюю сессию.

— Прочитал? — я стал собирать заключения в аккуратную стопку: — Ничего не хочешь мне сказать? А знаешь, из скольких еще квартир изъяли тальк? Просто экспертизы еще не готовы, но список я могу тебе показать. Мое вчерашнее предложение остается в силе — ты рассказываешь про свои кражи и пишешь явки с повинной, а я иду к следователю и стараюсь ее уговорить не арестовывать тебя.

— Вам это зачем? — сегодня Денис был более спокоен и вежлив, чем вчера, в моем кабинете.

— Зачем это мне? Постараюсь объяснить. Ты парень умный, врачом работал, людей спасал на «Скорой», характеристика на тебя пришла хорошая с подстанции. Просто ты захотел получить все и сразу. Это я могу понять. И пистолет этот тоже могу понять — какой мужик не захочет иметь хоть такое корявое, но оружие. В тюрьме тебя ничему хорошему не научат, скорее наоборот. Трое суток в камере ИВС и три года надлежащего поведения, если тебе дадут условно, по моему мнению, достаточно, чтобы нормального человека поставить на правильный путь. Поэтому я тебе предлагаю помочь с тем, чтобы не оказаться в тюрьме. Я тебе полностью расклад даю и хочу в ответ от тебя полное раскаянье. Но ты же упорно в тюрьму рвешься, никаких советов слушать не хочешь. Вот объясни мне — зачем? Заем ты рвешься в тюрьму? Ты думаешь, что это шутки такая? У тебя последний шанс остался — до завтрашнего утра, потом все — до суда ты будешь в следственном изоляторе содержаться, я тебя оттуда не вытащу, понимаешь? Давай, думай быстрее и принимай решение.

К допросной повисла звенящая тишина. Парень, который не мог выйти за периметр железных решеток, недвижимо сидел на прикрученном к полу табурете, тоскливыми глазами уставившись в зарешеченное окно, второй парень затаил дыхание, все еще на что-то надеясь.

— Нет, я буду ждать, пока мои знакомые приедут с курорта и поднимут шум по поводу своих вещей — Денис отвернулся от окна, откуда доносился шум жизни большого Города и уставился в дощатый пол, покрытый суриком.

— Ну и дурак. — я резко встал, бросил задержанному на колени пачку сигарет и пошел в коридор, звать конвойного.

Примерно через десять дней

— Че звал, начальник? — гражданин Мельников Александр Андреевич хотел лихо сплюнуть сквозь щель между зубами, но в последний момент решил воздержаться. Сын Глазырина ходил под подпиской в ожидании суда, поэтому ссориться со мной он опасался.

— Хотел узнать, как дела у тебя, Александр. Не уволился часом?