Книга Каратель, страница 9 – Роман Путилов

Возле «Спорта» и «Урала» уже завязалась громкая дискуссия. Серега Пахомов, пуча глаза из-под запотевших линз очков в золотистой оправе, доказывал своим оппонентам, что только он обладает мастерством, чтобы оседлать гордость советской мотоциклетной промышленности. Группа товарищей, после пары взаимных толчков, пришли к выводу, что эксплуатировать тяжелый мотоцикл они смогут по очереди, сформировав экипаж, втроем, дружно, выкатывали «Урал» на свободу. Я, помня, о скучающем в вольере Демоне, подошел к кофейного цвета «Планете-3» с коляской, но обнаружил, что тросики тормоза и газа на нем отсутствуют, я сделал еще кружок, и смело взялся за руль скромного «Восхода-3» цвета морской волны. Выкатывал свой трофей я одним из последних. Отдалившись от местных начальников, я поставил своего избранника на подставку и подошел к парочке специалистов, бодро реанимирующих красного «Юпитера».

— Мужики, а не подскажите, где тут газ и тормоз, и как передачи переключать?

Ребята посмотрели на меня, как на безумного буревестника, но показали. Ну, а, что? Все просто, в принципе. Бензин в баке был. Краник открыл. Ногу закинул и уселся в обтянутое серым кожзамом седло. После активных упражнений ногой, двигатель, сначала неуверенно, затем, все живее, затарахтел, выбрасывая в атмосферу сизый дымок. Народ начал, потихоньку покидать мотоциклетный «Клондайк». Я перекрестился, выжал сцепление, включил «первую», одновременно отпуская сцепление и подхватывая оборотами двигателя. По сравнению с паническими манипуляциями ногами, когда я учился водить автомобиль, особо, ничего сложного не было. Я аккуратно выехал на дорогу, «вторая», «третья» и мой маленький «мул» потихоньку двинулся в «родную гавань». Меня обогнал счастливый Серега Пахомов, доказавший, что только он достоин управлять «Планетой-Спортом», и сейчас, легко превращающийся в яркую точку на горизонте. Проехав метров пятьсот, а остановился возле знакомой фигуры, грустно двигавшейся в попутном направлении.

— Слава, а ты почему пешком? — в полнейшем недоумении задал я вопрос напарнику.

— Я на мотоцикле не умею.

— Слав, так я тоже не умею. Сегодня в первый раз…

— Я совсем не умею.

Понятно. Не хватает моему «немцу» нездорового авантюризма.

— Ну садись назад, подвезу — самоуверенно заявил я.

Слава помялся, но сел сзади.

— Готов?

— Готов.

Мы поехали. Четырнадцать лошадиных сил почему-то слабовато тянули двух мужиков, я поддал «газку», мотоцикл ускорился, потом приподнял переднее колесо, затем приземлился, а дальше полетел вперед, легко, как будто приобрел второе дыхание. Я в недоумение оглянулся. Слава сидел на асфальте, раскинув в стороны длинные руки и ноги, в полнейшем недоумении хлопая круглыми глазами.

Я развернулся и подъехал к пострадавшему:

— Ты как умудрился упасть?

— Я не понял, ты рванул, и я уже сижу.

Слава Богу, Слава ничего не отбил и не повредил. Я уговорил его влезть на мотоцикл второй раз (Слава, слово даю, буду аккуратней!) и мы, потихоньку, покатили в расположение. Славу до казармы я довез, но в итоге он умудрился обжечь ногу о глушитель. В общем, не получился у нас экипаж, Слава старался со мной лишний раз не ездить.

Вечером мы с разинутыми ртами слушали ориентировку по району, зачитываемому перед личным составом флегматичным дежурным по отделу.