Онлайн книга «Каратель»
|
Я уселся на лавку, протертую шароварами предыдущих сидельцев и с интересом уставился на своих подельников, которые брезгливо морщась, стояли в ряд посреди закутка, стараясь не касаться одеждой окружающей обстановки. Правда, заместителя директора фабрики, получившего, в пылу борьбы удар в голову, надолго не хватило, т он почти упал на металлическое сидение, рядом со мной. — Что делать будете, коллеги? — я обвел взглядом поникших товарищей по несчастью. — А ты что предлагаешь? — Я бы, на вашем месте, очень упорно, сменяя друг друга, стал бы долбить в это окошечко на двери и требовать врачей для пострадавшего. — А сам, что, не будешь долбиться? — отец Глаши, как всегда, пытается меня дизлайкнуть. — Мне нельзя, у меня с ними — я кивнул в сторону суетящихся в помещении дежурной части сотрудников милиции: — что не говори, но корпоративная солидарность. — Кто, какая солидарность? — папа Глаши не мог промолчать: — Скажи просто ссышь и все… — Нет, не ссу. Кстати, Павел — я протянул руку держащемуся за голову мужчине. — Олег Иванович, заместитель директора фабрики по общим вопросам. Второй мужчина в костюме оказался главным энергетиком района, третий мужчина — пожарным-десантником из местного аэромобильного отряда. Последним, покривившись, мне протянул руку Глашин папа: — Владимир Иванович Серебряков. — Так вот, коллеги, предлагаю вам начинать долбить в дверь и требовать медиков, а вам, уважаемый Олег Иванович, лечь на эту лавочку и изображать умирающего лебеда. Мужики поломались, но последовали моему настоятельному совету. Заместитель директора принял позу эмбриона, рискуя в любой момент, свалится с узкого металлического сидения, а остальные, по очереди стали долбить в громко дребезжащую от мощных ударов дверь, постепенно входя в раж. Сначала, на нашу активность не обращали внимание, потом к стеклу прижалось плоское и злобное лицо дежурного по отделу: — Стучать прекращаем, а то, сейчас «черемухой» все зальем! «Дверобойцы» растерянно повернулись ко мне: — Ну и что? — Продолжайте, у вас хорошо получается! — Да ты смеешься, что ли? Сейчас «слезогонки» напрыскают, как мы здесь будем? — Блин, а я не с вами здесь нахожусь? У меня от запаха мочи слезы из глаз скоро затекут, а вы «черемухи» испугались? Прибежит с баллоном — от двери отходите, я сам с ними переговорю. — Ну ладно, но если что — смотри… — угроза осталась недосказанной, но я сделал вид, что испугался. Минут через пять, в течении которых вся дежурка тряслась от гулких, размеренных ударов, к двери снова подскочили два аборигена, мужики отхлынули к задней стенке, а я встал на пороге. Белый баллон с красной головкой в нос мне ткнули, но распылят жгучую струю не стали: — Чего тебе? — Дежурный, ты что творишь? Все начальники отмажутся, а ты сядешь? — Ты что такое говоришь? — Вон, заместитель директора фабрики союзного подчинения с проломленной головой умирает, а ты даже «скорую» не вызвал. Дежурный капитан изменился в лице, растолкал нас, увидел скрюченное тело в пиджаке, и начал орать на помощника на своем языке. Прооравшись, дежурный вновь повернулся ко мне: — Я не видел, сейчас «скорую» вызовем! — Ты не видел, а отвечаешь за все ты! — Я понял, если что стучи. Сейчас врачи будут — помощник уже орал в трубку, вызывая «неотложку». |