Книга Каратель, страница 31 – Роман Путилов

Мы вышли на трассу. Метрах в трехстах от нас, на дороге, крутилось несколько всадника. Кроме ровесников Глаши, там было еще несколько парней постарше, я бы даже сказал, молодых мужиков. Увидев нас, выбирающихся на дорогу, парни радостно заулюлюкали и, неспешно, направили своих коней в нашу сторону.

— Глаша, давай, гони домой! — я открыл краник бензопровода, качнул бензин и стал заводить «Восход», молясь Богу, чтобы железная «савраска» меня, сегодня, не подвела. Глаша испуганно взвизгнула и забила пятками по ребрам коня, тот слегка взбрыкнул, но, потом, заметно ускорился, рысью побежав в сторону далеких домиков поселка.

Аборигены завизжали, засвистели, и ускорили своих коней, бодря животных плетками и поводьями, а я, выскочив на асфальт, крикнув псу «Демон, фас», и, выжимая из ленивого двухколесного, все что мог, помчался навстречу всадникам. Я шел галсами, мотая мотоцикл от края до края шоссе. Иногда, в жизни любого человека, приходит момент, когда тебе становится по хрену на любые последствия, и ты готов на все, чтобы уничтожить врагов, и не важно кто это — оборзевшие «деды», которых ты ждешь в боксе с «кривым стартером» от грузовика, для серьезного разговора, или группа придурков на красивых коняшках, которые почему-то, не считают таких, как ты, достойными жить с ними на одной земле. Ребята на лошадях, наверное, что-то поняли, потому, что стали притормаживать коней, а потом, и вовсе, погнали их, через глубокий кювет, в поля, слева и справа от трассы.

Повинуясь моим командам, Демон рванул влево, в поле, где начал гонятся за лошадьми, оглашая окрестности веселым лаем, а я, прижавшись к правой обочине, стал разворачивать мотоцикл, чтобы ехать в обратном направлении. Мне нужен был пологий спуск, чтобы погонять «правых» всадников, на их половине поля. В это время, от Улуса, мимо меня, на огромной скорости, пролетел оранжевый «КАМАЗ», с ревом прущий по середине дороги, за которым, весело грохоча, подпрыгивал пустой полуприцеп с мятыми металлическими бортами. Я так и не понял, кого испугались местные — меня, или водителя сумасшедшего тягача, который, походя, чуть не размазал меня по асфальту. Я промчался по дороге метров триста в сторону поселка, нашел, относительно пологий, спуск и съехал в поле, где начал кругами, ревя мотором и беспрерывно сигналя, гоняться за лошадьми, ежесекундно рискуя сломать шею, если колесо «восхода» попадет в чью либо нору или яму. Всадникам быстро надоело играть со мной в догонялки, и они погнал, напуганных и измучанных, лошадей прочь, подальше в поля, а я, свистнув счастливому Демону, поехал в частный сектор.

Дом Глашиных родителей я узнал по лошади, привязанной к столбу ворот, и группе граждан, человек в тридцать, громко галдящих у распахнутой калитки, весь проем которой занимал здоровый, хмурый мужик, в резиновых сапогах и серой телогрейки, сжимающий огромными кистями черенок вил.

Я подкатил к, замолчавшим при моем появлении, людям, и заглушил мотоцикл. К мужику с вилами я приближаться, на всякий случай, не стал, остановился метрах в трех от него.

— Здравствуйте. Я Громов Павел, милиционер из Города. Это я нашел и отбил от хулиганов Глашу.

Толпа с минуту переваривала мое заявление, а потом, все заорали, одновременно, каждый свое. Я подождал пару минут, а потом, поняв, что конца этому представлению не будет, поднял руку, как на уроке в школе. Народ стал постепенно затихать, еще через пару минут, я смог говорить: