Онлайн книга «Каратель»
|
Глаза девушки были плотно зажмурены, под левым, начала наливаться, изрядная, гематома. Потрескавшиеся и разбитые в кровь губы, на животе и груди дико смотрелись красные пятна и ссадины. Щиколотки и запястья были, до синевы, перетянуты узкими кожаными ремнями, привязанными к глубоко вбитыми в землю колышкам. Осознав увиденное, я вернулся к скулящему, зажимающему покусанную руку парню, и, из-за всей силы, пнул его сначала в кобчик, очень желая, его сломать, а потом носком ботинка прямо в, прячущийся под короткой, жесткой челкой черного волоса, лоб. Парень дернулся и заткнулся, а я подобрал, лежащий возле его скрюченной кисти, нож, сказал Демону «Охраняй» и пошёл пилить кожаные ремни. Через пятнадцать минут, Глаша сидела, закутанная в мою плащ-палатку, периодически дрожала и бесконечно повторяла: — Паша, они со мной ничего не сделали, они не успели ничего сделать. Низ, раздельного Глашиного купальника, был разрезан на бедре, у верха были сломаны застёжки. Красивое белое платье, с чёрными вставками, выше пояса была разорвано на две половинки, поэтому, кроме моего форменного плаща ничего предложить девушке я не мог. Понимая, что Глаша зациклилась в истерике, я свернул винтовую пробку с бутылки коньяка и поднёс горлышко к разбитым губам девушки. — Пей. Глаша замолчала, недоуменно уставившись на стеклянное горлышко, с плещущейся под стеклом, янтарной жидкостью, а потом сделала пару глотков. Не ожидавшая такого эффекта, Глаша громко зашипела от боли, вызванного попаданием спирта на окровавленные ранки на губах, но зато, после этого, замолчала. Я присел рядом, обнял покрытые жесткой, прорезиненной тканью, плечи девушки и прижал ее голову к себе. Глаша зарыдала трясясь всем телом, раскачиваясь в такт моим утешениям, и пытаясь прижаться ко мне плотнее. Минут через десять, когда всхлипы стали реже, пришло время поговорить. — Глаша, ты меня слышишь? Голова, со спутанными, покрытыми пылью и песчинками, волосами, отчаянно закивала. — Давай поговорим. С трудом я разобрал ответ: — О чем? — Ну, например, кто такой вон тот урод, и что нам дальше делать. — Это Диче Мангишь, мой одноклассник. Уже год уговаривает меня с ним переспать — Глаша попыталась плюнуть в сторону лежащего без движения, под охраной Демона, тела, но не получилось. Густая кровавая слюна повисла на поцарапанном подбородке. — Ну так, что будем делать с твоим одноклассником. — Паша, пожалуйста, прошу тебя, просто увези меня отсюда. — Зашибись! И куда я тебя повезу? — Домой. — Домой ты в любом случае попадешь. Скажи, что будем делать дальше. Девушка повернула ко мне недоуменное лицо: — Паша, я тебе говорю, они ничего не успели сделать! Мы… — Глаша, я сейчас у другом. Как мы будем выворачиваться из этого дерьма. — Я не понимаю. — Смотри. Мы сейчас встаем и уходим отсюда. Я не знаю, что ты собираешься сказать своим родителям, но если тебя все-таки изнасиловали, то тебе надо попасть к врачу, а так как тебе нет еще восемнадцати, то врач, без твоих родителей с тобой разговаривать не будет. Если тебя изнасиловали, и ты хочешь отомстить официально, врач должен, как можно быстрее, взять у тебя мазок. Потом, тебе надо принять какой-то оперативный контрацептив, я знаю, такие есть… — Паша, они мне ничего не сделали… |