Книга Каратель, страница 16 – Роман Путилов

— Только, пожалуйста, вы держитесь на расстоянии, а то нас, наши же, потом зарежут, за то, что мы, с русскими, крутим — девушка сделала жалобное лицо и кивнула в сторону компании из десятка местных парней, держащихся от нас на почтительном расстоянии.

— Не вопрос, девчонки. Идите, мы за вами пойдем — я постарался скрыть разочарование. Так мы и проводились. Впереди четыре сторойняшки, которые весело что-то обсуждали, чувствуя себя в безопасности, затем, на удалении метров в десять, мы со Славой, ну, а за нами, топал, излучая флюиды бессильной злобы, десяток местных ребят. Дойдя до нужного дома, девчонки нырнули в подъезд, украдкой послав нам воздушный поцелуй, а мы уныло потопали в обратный путь.

— Не расстраивайся, Слав. Нас на завтра на обед пригласили две красотки, получше этих.

— Нас?

— Ну да, меня с Демоном и еще одно лицо. Так что, ты тоже приглашен.

Глава 5. Дамы приглашают кавалеров

Вечером решили посидеть после службы, выпить и закусить, что Бог послал, для спокойного сна. В качестве подготовки к мероприятию спустили бутылки со спиртным в полость под фундаментом казармы — там было прохладней. Ничего не предвещало, но мероприятие чуть не сорвалось. Когда разлили по первой, блестя глазами и потирая в предвкушении руки, косясь глазами на нехитрую закуску, народ расхватал стаканы, и кто-то, самый нетерпеливый сунул нос в стакан со «Столичной», что бы тут же с недовольной гримасой, водку отставить в сторону.

— Что за на…!

Если водка пахнет ацетоном и имеет привкус ацетона, то такую водку пить нельзя. Во всяком случае, все пять бутылок «беленькой», купленной в местных алко-маркетах, с хорошо поджатой пробкой и четких линиях нанесенного на оборотной стороне клея, были одинаковым дерьмовыми. Содержимое трех бутылок «Белого аиста», напротив, было близко к идеалу. Коньяк, украшенный рыжей этикеткой с изображением стариной пяти башенной крепости, которая, наверное, заменяла общепринятые пять звездочек, пился как глинтвейн, награждая нас ровным теплым вкусом идеального букета. Но, к сожалению, три бутылки на всю толпу — это просто ничего, все хорошее заканчивается очень-очень быстро.

В полдень следующего дня мы, со Славой Вицке, побритые и поглаженные, выехали на мотоцикле в сторону зеленого магазинчика смешанной торговли, надеясь прикупить там что-нибудь вкусненькое, так как, по нашим понятиям, джентльмены в приличный дом с пустыми руками в гости не ходят. Когда мы подкатили к магазину, давешние аборигены, все также, познавали дзен возле крыльца. Сконцентрировав на двух милиционерах свои мутные глазки-щелочки, ребята решили, что требовать с нас денег не стоит. В магазине было пусто, только невысокий, коротко стриженный блондин, навалившись грудью на прилавок, что-то горячо нашептывал куда-то в район между ушком и шейкой молодой продавщице, которая, очевидно, от важности, сообщаемой ей сведений, урчала, как мартовская кошка, где-то из глубины своего пышного бюста, туго обтянутого платьем с коротким рукавом.

Мы подождали пару минут, но парочка у прилавка не обращала на нас ни малейшего внимания.

— Гхм— пришлось громко кашлянуть.

Хозяйка магазина вскинула на нас свои светло-серые, но мало что соображающие глаза, а кавалер стал выбираться из сладких, пахнущих какими-то легкими духами, тенет. Когда мужчина обернулся, то я выпучил глаза от удивления. Местную продавщицу от выполнения финансового плана и обслуживания советских граждан успешно отвлекал напарник Пахома по Центральному РОВД, старший сержант, с многозначительным именем Константин, что, как мы помним, означало «постоянный».