Книга Коррупционер, страница 108 – Роман Путилов

— Ваши предложения, товарищ майор?

— Я, считаю, что снимок сделан при других обстоятельствах, а Громов, по своей привычке, пытается просто подогнать факты под случайно увиденный им на «барахолке» приступ. С одной стороны, вина его прямо не доказана, а с другой стороны, подозрение в жестокости и незаконном использовании спецсредства с Громова снять невозможно.

— Ладно, я вас понял. Громов!

— Я, товарищ подполковник.

— Я бы тебя, с удовольствием, уволил, но начальник РОВД запретил принимать р, с утра, сиди дома. Как начальник РОВД с накопившимися делами разберется, тебя вызовут, пока свободен. Все, иди, что ты стоишь?

— Жду бумаги о моем отстранении. Я вам, товарищи командиры, почему-то, тоже не доверяю. Сейчас уйду без бумажки, я вы меня за прогулы уволите.

— Вот, скажи, мне Громов, почему ты человек такой? Никому не доверяешь, все какими-то бумагами обкладываешься. Ладно, иди в отдел кадров, они тебе распоряжение выдадут. Свободен.

Ну, я и пошел на свободу.

Переодевшись дома, я поехал к Алле, в винно-водочный.

— Привет, а ты что пришел? — женщина, оторвав глаза от горы накладных на столе, с удивлением, уставилась на меня.

— Привет. — я поцеловал «водочную королеву» в щеку: — от работы отстранили. Дома без тебя скучно. Как гаишник, трудится?

— Алексей Иванович? Да, вроде, нормально. Сначала, конечно, друзья его сюда рвались, но я сказала, что если еще раз увижу посторонних, они все уйдут вместе и, навсегда. Он все понял с первого раза, сейчас нормально работает. Если до конца месяца ЧП не случится, оформлю его в штат.

— Ну, вот и хорошо. Скажи, а тебе еще грузчик нужен?

— Пашь, ты знаешь… — Алла задумалась: — Когда машина приходит, то бывает очень нужен. Одному разгружать тяжело и долго, а за простой машины меня автоколонна ругает. А что, у тебя есть, кто ни будь, на примете?

— Ну, до понедельника — я. А там, как пойдет. Может уволят, так я, на постоянку, к тебе попрошусь.

— Смешно. Ну, хорошо. Сегодня машина уже была, а завтра выходи.

— Что по зарплате, хозяйка? — я картинное изогнулся в глубоком поклоне.

— Не бойся, не обижу! Ладно, иди, а то у меня бумаг тут гора, не успеваю ничего. — Алла звонко рассмеялась и махнула не меня рукой.

— Не прощаюсь.

На следующий день, я привез Аллу, облачился в синий рабочий халат, уселся на пластиковый черный ящик, и задремал, в ожидании подвоза.

Часов в десять пришла машина с водкой, которую мы, с бывшим гаишником, стали разгружать на пару. Сначала, с непривычки, работа не шла, но потом мы приноровились друг к другу, и в норматив времени уложились. Собравшаяся с приездом машины, толпа страждущих, сбежавшихся со всех окрестностей, уже шумела под закрытыми дверями магазина. Гаишник снял стальную скобу с дверей, и, быстро, юркнул в подсобку, пока разгоряченная толпа мужиков не размазала его по стенке. А затем мы два часа подносили полные ящики к окошкам, и оттаскивали пустые. А через два часа наступила тишина. Водка кончилась, народ исчез. Только, периодически, в магазин врывались, с выпученными глазами, отдельные мужики, опоздавшие везде, но видя пустые прилавки, громко матерясь и жалуясь на судьбу, исчезали. От непривычной работы, руки болели, ноги дрожали мелкой дрожью. Узнав, что машин сегодня больше не будет, я отпросился на часок, отдохнуть и пообедать.