Книга Начало, страница 104 – Роман Путилов

Выписка из данных объективного аудиоконтроля помещения по адресу: Код 1223/63.

Дата проведения мероприятий.

Инициатор: литерное дело.

Экз: ед.

Примечание: документ уничтожить, как не представляющее интереса для дальнейшей работы.

Фигурант 1 — не установлен.

Фигурант 2 — не установлен.

Ф1: Здравствуй, брат! Легка ли была дорога, все ли благополучно?

Ф2: Спасибо, брат, все хорошо! Как ты?

Ф1: Хвала Учителю, все хорошо.

Ф2: Мы ждали тебя на прошлой неделе, брат?

Ф1: Мы ожидали посланника от Совета. Там внимательно следят за вашими успехами, и у них появились вопросы…

Ф2: Я даже догадываюсь у кого появились вопросы!

Ф1: Не надо гневаться брат, вопросы вполне справедливы, тем более, что деньги…

Ф2: Брат, не все можно сделать с помощью денег, далеко не все!

Ф1: Брат мой, я согласен с теми уважаемыми членами Совета, что задают вопросы, а способны ли ты со своими соратниками в срок выполнить все, что мы вам поручили? Может быть тут лучше справятся люди уважаемого Байта?

Ф2: Грязные камнееды!

Ф1: Не говори так брат, ибо гнев мешает тебе трезво мыслить…

Ф2: Прости меня брат, за несдержанность. Я клянусь Учителем, что в назначенный срок здесь будет целиком наша земля. Те, кто здесь живет, или склонят голову перед силой Учителя, либо уйдут отсюда.

Ф1: Хорошо, Ульмас, я заполнил твои слова. Если ты исполнишь сказанное тобой, то этот сектор города тоже отойдет твоей общине.

Ф2: Да будет так.

Аудиоконтроль окончен.

Дела становились все хуже и хуже. Занятия в школе, несмотря на уверения властей, так и не возобновили, о чем нас уведомили в телефонной рассылке. Отец утром долго ругался с мамой в коридоре, настаивая, что он отвезет и привезет ее с работы. После этого они ушли вдвоем, и отец до сих пор не появлялся. Увидев, что часы показывают десять часов утра, я решил побеспокоить наш гостью.

— Таня? — я тихонько постучал в закрытую дверь моей комнаты, где сегодня ночью спала наша гостья.

За дверью раздался какой-то шум, как будто, кто-то упал, потом звук шагов и испуганный девичий голос спросил:

— Что?

— Ты вставать будешь, а то уже одиннадцатый час?

— …Наверное буду…

— Тогда через десять минут жду тебя на кухне завтракать.

Гостья пришла через пятнадцать минут, одетая в мамину блестящую пижаму из искусственного шелка и уселась за стол, старательно отворачивая от меня лицо.

— Ешь. — я поставил перед Таней тарелку с порезанным хлебом, колбасой и сыром: — Или, ты в это время суток ешь какие-нибудь мюсли. И тебе что сделать — кофе или чай?

— Колбаса тоже подойдем. Спасибо. — Таня соорудила бутерброд и вцепилась в него мелкими белыми зубами: — Мм-м, вкусно. Чай сделай пожалуйста, если тебе не трудно.

— Не трудно- я поставил перед гостьей большую керамическую чашку с поднимающимся над ней паром: — Скажи, что сегодня планируешь делать?

— Надо к маме в больницу съездить, но я не знаю, как с таким лицом на улицу выйти. И с квартирой надо что-то решать…

— Я не знаю, что у тебя с лицом, но можешь надеть очки и бейсболку с большим козырьком у меня взять. Я думаю, что никто ничего не увидит, даже если там что-то есть. Когда ты пойти собираешься?

— Не знаю. Наверное, через час соберусь, а что?

— Я тебя провожу.

— Спасибо, Саша, я буду благодарна.

За час Таня конечно не собралась, но через два часа мы выкатились из дома. Правда, перед этим минут пятнадцать пытались вызвать такси. Сервис минут пять зайчиком скакал между двух десятков машин, якобы, находящихся неподалеку, но в итоге выдал сообщение о готовности одного водителя отвезти нас на место за жалкую тысячу рублей. У меня такой суммы не было, а карта Тани вообще была пустой.