Книга Пара из дома номер 9, страница 148 – Клэр Дуглас

— Бабушка, это я, Саффи, – говорит ее внучка, нежно, с любовью.

Очевидно, что сегодня она их не узнает. Кажется, она еще сильнее сжимается в кровати, как будто боится их.

— Все хорошо, бабушка, это я, – продолжает Саффи успокаивающим голосом, все еще держа старую женщину за руку. – Это я, Саффи.

— Здравствуй, Дафна, – говорит Лорна. Она слышит резкий вздох Саффи, чувствует ее неодобрение. – Мы знаем, кто ты. Кто ты на самом деле.

Но старуха в кровати просто смотрит на обеих женщин, глаза ее наполнены ужасом.

— Кто вы?

— Она – твоя дочь, бабушка. Она – Лолли.

— Лолли? – Старушка тянется к руке Лорны. – Это правда ты? Ты выглядишь такой взрослой…

— Что случилось с Роуз? – резко спрашивает Лорна, отказываясь взять ее за руку. Эта женщина ей больше не мать. – Я знаю, что она – это второй труп в саду.

Но старуха только моргает, на ее лице написано замешательство.

— Меня зовут Роуз, – говорит она. – Меня зовут Роуз. Меня зовут Роуз.

По коже Лорны пробегают мурашки. Как будто, если повторять эти слова, словно мантру, они станут правдой.

— Нет, это не так. Ты Джин. Ты Джин Бердон, не так ли? Теперь ты можешь признать это. Мы все знаем.

— Меня зовут Роуз.

— Прекрати, – рявкает Лорна. – Ты должна сказать нам правду.

— Мама! – Голос Саффи тверд. – Ты пугаешь ее.

— Я не могу больше это терпеть. Я просто… не могу. – Лорна направляется к двери. Ей нужно уйти. Она подождет Саффи снаружи. Все, во что она верила. Все это… это была одна большая ложь.

— Лолли…

Они обе поворачиваются к кровати. Ее мать пытается сесть, но ее глаза неотрывно смотрят на Лорну.

— Прости меня, – говорит она с отчаянием в голосе. Лорна потрясена тем, что по ее морщинистым щекам текут слезы. – Мне очень, очень жаль.

— Почему? – спрашивает Лорна, ее голос звучит глухо и надтреснуто от эмоций. – Почему ты это сделала?

Но старуха в кровати просто смотрит на нее пустым взглядом, будто перед ней снова кто-то посторонний.

Роуз

Октябрь 1980 года

После визита Джоэла в наши с Дафной отношения начало проникать недоверие. Сначала медленно, как ржавчина на корпусе автомобиля, но потом оно стало коварно распространяться, разрушая и уничтожая все, что было между нами. Мне нужно было полностью довериться кому-то после Одри – и особенно после Виктора. Я просыпалась утром, видела лицо Дафны, лежащей рядом со мной, и чувствовала, как внутри у меня все саднит. Разочарование. Может быть, я слишком многого ожидала от людей, от нее? Это было трудно осознать. Но ложь… Как можно по-настоящему узнать кого-то, полюбить кого-то, если он тебе лжет?

Все, о чем я могла думать, пока сидела и смотрела, как она спит, – это о том, в чем еще она солгала.

Она лгала о Ниле Люишеме. Она заставила меня поверить, что он был злым, жестоким мужчиной, с которым она когда-то была. Но разве я не была такой же, как она? В начале нашего знакомства я позволила ей считать меня вдовой. И, оглядываясь назад, могу заметить, что она никогда не говорила, будто Нил был ее бывшим мужчиной. Я сама так решила. А потом я убила Нила. Неужели она манипулировала мной? Я сделала грязную работу за нее? Дафна убивала и раньше – она сама в этом призналась. Хоть и говорила, что это был несчастный случай, что она толкнула маленькую Сьюзен Уоллес в порыве гнева после ссоры, и та упала и разбила себе голову о разбросанные кирпичи во взорванном доме, где они играли. Я никогда не проверяла это, у меня не было причин не верить ей. Но после того, как она солгала о Джоэле, я решила съездить в библиотеку в Чиппенхэме, пока ты была в школе. Там я смогла получить доступ ко всем старым газетам на микропленке – прочитала все отчеты о судебном процессе, о том, как она намеренно и, по словам обвинителя, жестоко ударила Сьюзен Уоллес кирпичом по голове, и не один, а два раза в ходе неспровоцированного нападения.