Книга Пара из дома номер 9, страница 112 – Клэр Дуглас

Лорна улыбается, хотя в глубине души она всегда считала, что совсем не похожа на мать. Роуз более светлокожая и светлоглазая, более высокая, менее фигуристая. Лорна предполагает, что, должно быть, пошла в своего отца.

— Она когда-нибудь упоминала о моем отце? – спрашивает она.

Мелисса качает головой, ее тройной подбородок подрагивает.

— Нет. Она была очень молчаливой, когда речь шла о ее прошлом. Думаю, все решили, что она вдова, хотя я в это не верила.

— Правда? – удивляется Лорна. – Она всегда так и говорила мне, что мой отец умер до моего рождения.

— Роуз была беременна, когда только приехала в Беггарс-Нук. И тогда точно была одна. Но она была такой скрытной…

— Вы много знали о Дафне? Что с ней случилось?

— Нет. Не могу сказать, что что-то о ней знала. Дафна иногда заходила в кафе, но она была такой же замкнутой, как и Роуз. Даже более замкнутой. Они держались отстраненно, особенно в последние недели…

— В последние недели?

— Да, перед тем как уехали.

— Дафна уехала раньше моей матери?

— Я всегда считала, что они уехали одновременно. Уехали вместе. Мне было интересно… – Она делает паузу. – Нет. Это не мое дело. Я не из тех, кто сплетничает, и все это было очень давно.

Сет хмыкает, и Мелисса добродушно грозит ему пальцем.

— Что интересно? – спрашивает Лорна.

Мелисса смущенно смотрит на Сета.

— Теперь мир стал совсем другим, о таких вещах говорят открыто. Но они были… феминистками. – Она произносит это слово шепотом, как будто это что-то постыдное.

Сет подмигивает Лорне.

— Ох уж эти старики! – Он смеется. Лорна не видит в этом факте ничего особенного. Ей нравится считать себя феминисткой. Почему Мелисса говорит об этом так, словно это некий грех? И тут ее осеняет.

— То есть вы считаете, что моя мать и Дафна были любовницами? – спрашивает она.

— Ну… – Румянец на щеках Мелиссы становится глубже на несколько оттенков, она скрещивает руки под своей пухлой грудью. – Я этого не утверждаю, но разговоры, конечно, ходили. В такой деревне всегда ходят разговоры.

Лорна потягивает свой латте, чтобы скрыть улыбку.

— Так вы не знаете, что случилось с Дафной? – спрашивает Мелисса.

— Нет. Мама никогда не упоминала о ней. Мы только недавно о ней узнали.

— Что ж, передавай Роуз привет, ладно? Я любила ее. И тебя. Приятно видеть, какой красивой женщиной ты стала.

Теперь краснеет уже Лорна.

— Спасибо, вы очень добры. – Она записывает свой номер на салфетке и протягивает ее через стойку Мелиссе. – Если что-нибудь вспомните… сейчас из-за деменции почти невозможно расспросить маму, но любая информация, которая у вас может быть… Я бы хотела узнать, что случилось с Дафной.

Мелисса кивает.

— Конечно, – говорит она, убирая салфетку в карман своего пухлого кардигана.

Лорна покупает несколько круассанов, затем идет через мост в магазин на углу, чтобы купить молока. Возвращаясь в коттедж, она размышляет о своей матери и Дафне. Быть может, они любили друг друга и расстались? Не потому ли Дафна не появлялась в их жизни после того, как они покинули Беггарс-Нук? И почему они уехали так внезапно? Насколько Лорне было известно, у ее матери никогда не было мужчины. Почему она все эти годы считала, что должна скрывать от Лорны свою сексуальную ориентацию?

Лорна понимает, что очень многого не знает о своей матери. И никогда не давала себе труда расспросить ее, даже когда стала взрослой. Неужели она была настолько зациклена на себе, не желая видеть, что скрывается за тихой замкнутостью Роуз? Даже не потрудилась увидеть это? Она просто смирилась с тем, что в ее жизни не было отца. Приняла версию событий своей матери. Оглядываясь назад, она видит, что в рассказах матери были нестыковки. Эти рассказы были слишком примитивными, без подробностей. Не то чтобы Лорна выспрашивала подробности – она никогда не была особенно любознательным ребенком…