Книга А затем она исчезла, страница 95 – Клэр Дуглас

Только собираюсь его расспросить, как мое внимание привлекает мужчина, стоящий чуть в стороне от толпы. Даже по прошествии двадцати лет я его узнаю́: по позе, характерному изгибу шеи и вьющимся, как у лабрадудля^[41], волосам. На нем джинсы и кожаная байкерская куртка, полосатый шарф завязан эффектным узлом. Даже издали видно, что он хорош собой – этакая более высокая и смуглая версия Рори. Я незаметно пересекаю узкую улицу и, оказавшись рядом с мужчиной, издаю легкое покашливание. Он резко оборачивается. Ему около сорока. От глаз и уголков губ разбегаются морщины; в остальном он почти не изменился. Среди темных кудрей нет седины, а глаза по-прежнему поразительного голубого цвета. Он меня не узнаёт. Готова поспорить, что тогда – много лет назад – он вообще меня не замечал. Я была просто подружкой Хизер. Ребенком. Практически невидимкой для таких, как Дилан Бёрд.

Решаю пока оставаться неузнанной.

— Не в курсе, что здесь случилось? – спрашиваю я, одаривая его своей самой очаровательной улыбкой.

Прежде чем ответить, Дилан засовывает руки в карманы.

— Я слышал, нашли чье-то тело… Вроде бы оно пролежало здесь много лет, – говорит он, практически не разжимая губ. Я и забыла про его манеру говорить в угол рта.

Интересно, от кого он мог услышать про находку полиции… Может, на этой улице живет кто-то из его знакомых?

— Вы знали человека, который там жил?

Когда Дилан хмурится, линии между бровями превращаются в глубокие борозды, делая его похожим на волка.

— Встречались пару раз. Много лет назад.

Встречался с Клайвом пару раз? Как и где они могли познакомиться?

— Вы живете по соседству?

В ответ он встряхивает копной кудрей и театрально смотрит на часы.

— В пяти минутах езды отсюда. Проезжал мимо по пути на работу. Кстати, мне пора.

Он порывается уйти. В последний момент я хватаю его за руку.

— Ты не узнаешь меня, Дилан? Это я, Джессика Фокс. Лучшая подруга Хизер Пауэлл. Мы познакомились, когда ты встречался с ее сестрой, Флорой.

Прищурившись, он внимательно меня разглядывает.

— Конечно я помню тебя. И Хизер помню. Однажды она на меня накинулась.

Сама Хизер не сильно распространялась об этом инциденте – наверное, стыдилась своего поступка. Ведь это было так на нее не похоже – быть жестокой… Правда, теперь я начинаю сомневаться, что хорошо ее знала. И все больше сомневаюсь в ее невиновности. Я думала, что из нас двоих именно я была более сильной, жесткой и независимой; Хизер казалась тихой и мягкой. Однако факты говорят об обратном: в десять лет она застрелила своего отца, в четырнадцать избила Дилана хлыстом. А ее собственническое поведение по отношению к Флоре? Что это, как не проявление жестокости? И как спокойно она рассуждала о том, что ее дядя Лео вполне оправданно убил овцу, забредшую на их землю?

Вероятно, это Хизер застрелила Клайва и Дейрдре. Ведь у нее был мотив. Я так долго мучилась, пытаясь найти ей оправдание, что сейчас чувствую облегчение.

— А ты что здесь делаешь? – интересуется Дилан.

Только теперь я замечаю, что все еще держу его за руку.

— Я журналист, освещаю историю Хизер.

Я и не знала, что Дилан живет почти по соседству. Мог ли он следить за мной? Подложить те фотографии на лобовое стекло или подсунуть автобусный билет? Но зачем? Зачем ему следить за мной, угрожать мне? Кстати, я до сих пор не рассказала Джеку о фотографиях.