Онлайн книга «Искатель, 2007 № 10»
|
— Что именно? — осведомился я. — Переписка с синьором Гатти или предположение о том, что мы и весь этот мир на самом деле всего лишь компьютерная программа, которая… — Послушай, — воскликнула она, — конечно, ты ничего не понял! — Куда мне… — вздохнул я. — Кстати, хочешь еще чаю? И… Ты говорила, у тебя свидание? Я не хотел, чтобы она сейчас поднялась и ушла. Но еще меньше мне хотелось, чтобы Лючия обвиняла меня в том, будто я оказывал на нее давление, мешал делать то, что она считала нужным… в общем, вел себя не как мужчина, а как следователь. — Свидание? — удивилась она. — С кем? Я просто… Послушай, ты действительно не видел никого в коридоре, когда… — Не видел, — я покачал головой. — Там никого не было. Даже синьора Балцано. Лючия пропустила это имя мимо ушей. — Нет ничего глупее, — сказала она, — чем думать, что мы с тобой всего лишь компьютерные программы. — Из твоего рассказа… — начал я. — …это вовсе не следует, — закончила она. — Эмуляция — не программа. Это физическая реальность, только сконструированная… Хорошо, налей чаю. У меня в горле пересохло. И мысли путаются. И вообще, я… Она не договорила фразу, мне показалось, что я понял недосказанное, и сделал вид, будто не расслышал. Поднялся и, прикрыв за собой дверь, пошел в кухню. Она не уйдет, теперь она точно не уйдет, и чай выпьет, и рассказ доведет до конца — не о том, что ей наговорил синьор Гатти, а о собственной сломавшейся жизни, она уже подошла к тому, чтобы начать заново, пусть посидит в одиночестве, подумает, а точнее — почувствует, ощутит внутри себя то давление, ту силу, которая не позволит ей молчать… Тихо щелкнул замок, и я обернулся: Лючия стояла в дверях, руки ее безвольно повисли, глаза… я бы не смог описать точно, что именно выражали в тот момент ее глаза. Должно быть, произошла интерференция взглядов — моего и ее, я не знаю, как это происходит, как назвать физический эффект, смешанный с чистой психологией — возможно, у психологов есть объяснения… Я смотрел на нее и думал… она смотрела на меня и тоже думала… и мысли наши, и ощущения, вызванные мыслями, будто две волны, сталкивались в пространстве, смешивались друг с другом, и возникало нечто, чему я не мог подобрать название, то, что попросту не существовало без нас обоих. Я поставил на кухонный столик заварной чайник, шагнул навстречу Лючии, она тоже сделала шаг, мы сошлись в центре кухни, как две планеты, двигавшиеся по встречным орбитам, и по правилам небесной механики должны были разойтись, как разлетаются всякий раз Земля и атакующий ее астероид… она подняла руки, не протянула вперед, а именно подняла, начала поднимать, а я всего лишь остановил это движение, и ее ладони оказались в моих, «не надо», сказала она, а может, не сказала, только подумала, а может, и не подумала, а я сказал себе сам, потому что, конечно, не надо, но мысль, какая бы она ни была, в тот момент выглядела совершенно не нужной; я отпустил ее руки и обнял за плечи, почувствовал, как Лючия напряжена, и снял это напряжение не мыслью, не словом, не ощущением даже, а чем-то, чего во мне не было раньше, каким-то движением, силой, о присутствии которой в себе не подозревал. Ее плечи стали мягкими, хотя как это могло быть? Она подняла голову, и мы наконец по-настоящему посмотрели друг другу в глаза. «Не надо», — теперь это точно сказала она. «Конечно, нет», — согласился я. Ничего и не было — мы просто стояли посреди кухни, я просто держал Лючию за плечи, она просто смотрела на меня и рассказывала о себе такое, чего мне знать, скорее всего, и не нужно было. |