Онлайн книга «Искатель, 2007 № 12»
|
— Мне уже звонили и спрашивали, Полина Ивановна, не видела ли я сегодня вашего мужа? Я уже ответила, что не видела. — А кто звонил? — Генерал! Василий Иванович! Лишь огромным усилием воли Костя Мясоедов сумел спрятать готовую засветиться улыбку. Васька Генерал все-таки наврал, что ездил в загородный клуб. Где ж он интересно достал входной билет? — Я готова, еще раз готова удовлетворить ваше любопытство? — сказала депутатша. Она старалась провести между собою и гостями незримую черту вежливого сочувствия, за которую гостям не было ходу. Пришлось Полине в очередной раз рассказать об исчезновении Романа. Короткий рассказ на этот раз получился. — Машина внизу, а его уже восемь часов как нет! — закруглилась Кизякова Полина. Лишь поднявшись сюда, на двенадцатый этаж Полина поняла, что зря поддалась минутной слабости и послушалась Каймана. Вряд ли ее супруг мог быть здесь. Поэтому, закончив свое повествование, она ничего не спросила. Просто молчала. Депутатша сначала не поняла, чего от нее хотят, но, будучи умной женщиной, быстро сообразила, в чем ее могли заподозрить. — Лев!.. Лев! — громко позвала она и, увидев, что на ее призыв никто не откликнулся, позвонила в колокольчик. Костя Мясоедов с тревогой смотрел на дверь, ведущую в дальние покои. Дверь резко распахнулась, и на пороге появился двухметровый белокурый красавец в одежде римского воина. Легкая безрукавка и нечто из удлиненных лепестков похожих на короткую юбку. Депутатша, как на коня, показала на сильного, белозубого молодого Аполлона. — Он? — И тут же сама себе ответила: — Не он!.. Лева, ты можешь быть свободен. Когда за Львом закрылась дверь, она, не дав никому вымолвить хоть полслова, начала разглагольствовать: — Людям свойственно желание жить и любить, а не устраивать разборки, умирать и ненавидеть! Действительность нужно брать такой, какая она есть. Вот, к примеру, я конвертировала свои знания, свою власть на сегодняшнюю ночь в этого мальчика. Вы можете меня осуждать, это ваше право, но должна вам сказать, что мой авторитет в партии нынче выше авторитета самого председателя. И поэтому, мои дорогие соседи, я не хотела бы быть замешаной в вашу историю. — Нет у нас никакой истории! — только и смог вставить Кайман. — Я еще не закончила! — жестко сказала депутатша. — История у вас только начинается. Завтра вы попадете на страницы газет. Хорошо, что сегодня никто из прессы не приехал на место происшествия, но, уверяю вас, господа, завтра вам этого не избежать. Роман и вы, Полина, достаточно известные в своем кругу люди, и я ни минуты не сомневаюсь, что желтая пресса выжмет из исчезновения вашего мужа все, что только можно. Именно поэтому я вас ночью и приняла. Реклама подобного типа мне совершенно ни к чему. Поэтому я вам сейчас отвечу на все ваши вопросы. Но если завтра вы захотите их официально подтвердить или сослаться на меня, я от них категорически открещусь. Поймите меня правильно. Я политик, и у меня на носу выборы. Итак, я вас слушаю. Что вы хотите от меня услышать? Чем я вам могу помочь? Жестковатая стерва была. И даже не пыталась скрыть, что является стервой. И заодно их, гостей, ставила с собой на одну доску. — Вы знали Романа? — спросил Кайман. — Знала! И вы это не хуже меня знаете! — твердо заявила депутатша. — Моя охрана засекла вас в тот момент, когда вы принялись за нами с Романом наблюдать. Она, к вашему сведению, со мной в одной машине не ездит. |