Онлайн книга «Искатель, 2007 № 12»
|
Шутка дурно пахла. От Эдит никто такой фривольности не ожидал. Кайман резко ответил: — Я бы попросил вас, уважаемая Эдит Миновна, со мною такие шутки впредь не шутить, я этого не люблю! — Мы тоже не любим, — твердо сказала Эдит, — когда нас за дураков принимают! Вы когда вышли из леса? — Три часа назад и сразу поехал домой, побрился, помылся, поел, узнал у жены, как дела, и сразу сюда. — А по мобильнику почему не отвечали? — Сел он у меня. — Хорошо. Поверим всему тому, что вы сказали, но потрудитесь объяснить нам, пожалуйста, еще вот такой факт, который не вписывается ни с какой стороны в ваш рассказ. — Я слушаю! — прищурив глаза, сказал Кайман. Эдит в полной тишине спросила: — Как могло случиться, что вы, демонстративно отправляясь за грибами от порога фирмы, в сапогах, в брезентовой куртке, вернулись обратно стриженым? — Не понял? — быстро спросил Кайман и осекся. Эдит повторила: — Как, спрашиваю я вас, как вы вышли из лесу стриженым, если за грибами отправились заросшим? Космы свисали у вас с плеч, а теперь вы как огурчик? Надеюсь, вы нам не расскажете сказку о том, что, перед тем как приехать сюда, вы решили сделать модную прическу? В какой гостинице три дня жили? В квартире повисла нехорошая тишина. Каймана особенно пытливо буравили злыми глазами Мясоедов и Володя. — Ну, мы слушаем тебя! — Время не на тебя работает, орел! Растерявшийся Кайман неожиданно для всех быстро взял себя в руки и жестко сказал: — А вот это уже не ваше дело. Моя прическа к исчезновению Романа не имеет никакого отношения. Абсолютно никакого. Есть у меня алиби, нет ли его, это не ваше… дело. Не сказал он «собачье», но и так было понятно, что за слово пропустил. Он продолжил: — Надеюсь, вы тут не рассматривали такой вариант, что я могу быть заказчиком его исчезновения? — Почему не рассматривали? Рассматривали! — ехидно заметил Костя Мясоедов. — Коли ты метишь сесть в царское кресло, то тебе прямой резон убрать побыстрее Романа. — Полина, скажи этим… — Кайман снова выдержал приличную по времени паузу, давая каждому мысленно вставить соответственно своему вкусу бранное слово, и продолжил: — Скажи этим умникам, что я давно ваш семейный друг. Мы с тобой еще с детского сада знаем друг друга. — Га-га-га! — Гы-гы-гы! С горшка! Заржали Володя и Мясоедов. Но Кайман не настроен был шутить. Он отвел Полину в сторону и спросил, знает ли об этом «крыша» и что она говорит? Полина ответила, что Роман от старой «крыши» отказался, а новая с какой стати будет землю рыть. С них она не поимела еще ни одного рубля. — А кто она? — «Крыша»? — Да! — Вышел вроде бы Роман на одного, высокий чин, — Полина не стала произносить вслух, его ведомственную принадлежность, — а кто конкретно он, я не знаю. Генерал вроде какой-то. Пришлось милицию вызывать, а она еще не хотела приезжать, пока я сиденье томатной пастой не измазала. — А эти что тут делают? — спросил Кайман, показав на Мясоедова и Володю, отошедших в дальний угол залы. Полина неопределенно пожала плечами. — Мясоедову я позвонила, сказала, так и так, он приехал и Эдит привез. У меня одно время даже мысль появилась, не у нее ли он. Лучше бы у нее был. Кайман помолчал и потом нехотя сказал: — Ты, Полина, извини, мужики есть мужики. Я тут как-то видел, совершенно случайно, твоего Романа в «Боярской избе», ресторан такой есть на набережной Москвы-реки. Он там сидел с одной известной депутатшей. Мне мой водитель на нее показал. Посмотрите, говорит, Сергей Иванович, вон знаменитая Галина Лексус сидит. Глянул я, а напротив твой Роман дым кольцами пускает. Ну, как это он умеет. Ты знаешь, я вроде бы мужик, но мне за тебя стало обидно. Ты его из грязи вытащила, из твоих рук он раскрутился, мало ему одной любовницы, так он еще себе и вторую. |