Книга Искатель, 2007 № 09, страница 29 – Журнал «Искатель», Владимир Анин, Андрей Тепляков, и др.

Стик и Ахон одновременно взглянули друг на друга. Их взгляды встретились, лица осветились несмелыми улыбками понимания и облегчения…

Далеко в лесу, в нехоженой чащобе, прокричала первая ночная птица.

Над древними развалинами в прозрачном весеннем воздухе проступил из темноты едва различимый призрак белой башни. Над ее теряющейся во тьме вершиной забрезжил мягкий призрачно-неземной свет…

Стояло жаркое лето, одно из тех, что запомнилось старожилам обширными лесными пожарами в Подмосковье.

В огромном кабинете было душно. Гулко тикали старинные напольные часы. Я уже успел привыкнуть к давящей тишине и полумраку этих кабинетов, к томительному ожиданию, сулившему, как правило, какое-нибудь скучное и малоприятное задание. Нередко нас, молодых сотрудников специального отдела, о названии и назначении которого я позволю себе умолчать, вызывали на инструктаж, смысл которого сводился к тому, что в кратчайшие сроки требовалось вычислить и обнаружить очередного подозрительного субъекта, вызвавшего интерес у органов. Как правило, нас бывало человека три — тех, кого инструктировали одновременно. Редко — четыре-пять. Затем начинался процесс активного поиска, в результате чего обнаруженный субъект, в зависимости от степени предполагаемой опасности, либо доставлялся для беседы, либо за ним устанавливалось наблюдение, и по его итогам уже принималось решение о его дальнейшей судьбе.

Однако в этот раз меня вызвали одного. Сдержанно вдыхая пропитанный пылью и временем воздух кабинета, я стоял по стойке смирно напротив внушительного письменного стола, за которым, листая худенькое дело, сидел полковник Зотов. Он озабоченно покачивал головой, цокал языком, вздыхал и время от времени почесывал макушку. Его подернутая сединой шевелюра ходила туда-сюда по голове, когда он морщил лоб, длинные пальцы беспокойно барабанили по столу.

Наконец он поднял на меня взгляд и шумно вздохнул.

— Вот что, Суворов, проблема у нас. Серьезная.

Я молчал. Зотов терпеть не мог, когда его перебивали или задавали вопросы прежде, чем он разрешит это сделать. По его мнению, нетерпеливость и поспешность — самые серьезные недостатки сотрудников.

— В Аддис-Абебе, — продолжал полковник, — в Эфиопии, пропала дочь консула, товарища Романова. Информации на сегодняшний день — ноль. Известно только, что вчера с утра она была дома, а к вечеру исчезла. Никаких следов, никаких версий.

Он посмотрел мне в глаза.

— Чего молчишь?

— Слушаю, товарищ полковник.

— Слушает он, — Зотов снова вздохнул. — В общем, так, Суворов, вот тебе дело. — Он подвинул вперед тоненькую папочку. — Ознакомься. Прямо здесь.

Я приблизился к столу и осторожно раскрыл папку скоросшивателя.

— Да ты сядь, — сказал полковник, а сам встал и подошел к окну.

Я принялся внимательно вчитываться в каждую страницу, стараясь «сфотографировать» документы до мельчайших подробностей. Зотов взял со стола пачку «Казбека» и молча протянул мне. Я вежливо отказался. Тогда он достал папиросу и стал расхаживать по кабинету, тщательно формируя мундштук, периодически вставляя его в рот, словно проверяя, нужную ли форму он ему придал. Наконец он чиркнул спичкой и неторопливо закурил.

На первой странице дела приводилась краткая справка о дочери консула: Романова Наталия Анатольевна, дата и место рождения, домашний адрес.