Онлайн книга «Искатель, 2007 № 07»
|
Рябинин взял из стола бланк. Водяной насторожился: — Протокол напишете? — Да, протокол допроса. Кем работаете? — Хоть грузчик, хоть бомж. На вопросы отвечал кратко, потому что сказать было нечего: ни образования, ни специальности, ни места жительства, ни семьи… Короче, бомж. Участковый сидел в сторонке и слушал, будто Дичкин травил анекдоты. Рябинин подошел к главному: — Ну, как жилось в озере. — Бабий треп. — Дичкин, есть свидетели. — Варварины сплетки. Поменьше ей верьте. — Но ведь утонул… И трупа не нашли… — Вот мой труп! — Дичкин стукнул себя в грудь, и следователю почудился запах озерной тины. — Твой паспорт нашли в воде… — Я сам его бросил в озеро. — Зачем? — Чтобы смыться с концами. — А зачем смываться с концами? — Тут прикольная история… — Слушаю-слушаю. Антон пошевелился, словно хотел прыгнуть, но вместо прыжка шумно задышал. Видимо, прикольная история не шла. Следователь поморщился, попав в слабенькое алкогольное биополе. На это Дичкин выдал новую информацию: — Варвара-то ведьма. От зеркала не отходит. — А это что-то значит? — Первый знак. Она же не в зеркало смотрится, а дьяволу подмигивает. — Другие доказательства есть? — Лечит от всех болезней, кроме алкоголизма. То водой, то заговором, то пошепчет, то в ухо подует… Кассирше Зинке в ухо дунула, та и оглохла. У Полины Карповны за озером парник стоял. Огурцов, что листьев на дереве. Варвара глянула на них, и на второй день вместо огурцов кукиш с маслом… — Не уловил. — Все огурцы сморщились и пожелтели. Репчатый нос Дичкина от вдохновения порозовел. Грядкин заерзал: он ничего подобного о Варваре не знал, а ему, как участковому, знать положено. Водяной, похоже, вдохновился: — Варвара не только огурцы… Народ стала дурманить. К ней в дом молодежь за кайфом поперла. Да и пожилые. Меня она на эти бесии не допускала, из дома вытуривала. Как-то я за шкафом притих-, наблюдаю. Запах, дымок… Чувствую, что дурею. Надо бежать. Одежду скинул, паспорт взял — и в озеро. Переплыл, на той стороне знакомая жила в общаге. Вот и кантуюсь до сих пор. — А документы? — Паспорт в озеро бросил. — Ну а документ? — повторил Рябинин. Дичкин поерзал и уставился на Грядкина. Видимо, в чем-то признаться ему мешал участковый. Но пришлось: — Живу без всяких документов. — Что же ты меня обманывал, хрен репчатый? — вскинулся участковый. — Без оскорблений, — вяло пресек Рябинин. — «Хрен репчатый» — его кличка. За свою следственную жизнь Рябинин изучил сотни исчезновений людей. Прятались, уезжали в другие города и страны, скрывались в лесах, жили по фальшивым документам, меняли внешность… Но водяными не прикидывались. — Дичкин, а никто вас не искал? — А кому? Варваре-то выгодно для ее дьявольских махинаций. Якобы превратила меня в водяного. — Она знала, что вы живы? — А то! — Дичкин, что вам известно о трупе, найденном в озере у лаборатории? — Слыхал, что труп откуда-то прибило волной. Водяного такая мелочь не трогала. Бомж — это человек без интересов, без места жительства и без занятий. Как бы случайно все потерявший. Верни ему потерянное, и он воспрянет. Рябинин на них насмотрелся. Нет, он не воспрянет, потому что он не хочет ни работать, ни жить. Дичкина вполне устраивает положение бомжа; да его год устраивало социальное положение — водяной. |