Книга Искатель, 2007 № 08, страница 15 – Журнал «Искатель», Виталий Прудченко, Евгений Прудченко, и др.

— Ловко! — поцокал языком Иван Федорович. — Только не очень походит на средневековое оружие.

— Да, — согласился Костромиров, протягивая Председателю саблю эфесом вперед, — вещица совершенно очевидно современного производства.

— Можете пока оставить себе, — отмахнулся тот, — изучайте. А теперь давайте проедем в морг? Или лучше пройдемся пешком. Так оно безопаснее будет. Тем более это в трех минутах ходьбы отсюда.

— Если вы, Иван Федорович, чувствуете себя в силах, я — только «за», — согласился Горислав. — А то смотрите, можно и отложить.

— Считаю, что как раз теперь, после случившегося, у нас все основания действовать с максимальной расторопностью. Не находите? Значит, ты, Константин, и ты, Вадим, останетесь здесь. Что делать, знаете. В смысле, дождетесь милиции. Остальные — за мной.

В плотном «голубином» кольце Шигин с Костромировым направились обратно в переулок Хользунова.

В морге им сначала показали тело обезглавленного фансигара. Головы к телу не прилагалось.

— А голова где? — поинтересовался Костромиров.

— Как? — удивился Председатель. — Я не сказал? Башку так и не нашли. То ли соплеменники подобрали, то ли ассассины прихватили в качестве трофея — Бог ведает.

Затем патологоанатом выкатил труп второго фансигара, подстреленного эсбэшниками Шигина. Хотя у этого голова и наличествовала, но толку от того все равно было чуть — пуля угодила в затылок и на выходе снесла половину черепа — от лица практически ничего не осталось. Впрочем, всякие сомнения, что это душители, у Костромирова отпали сразу — на груди обоих покойников красовались многоцветные татуировки, в полный рост живописующие худую четырехрукую, трехглазую женщину с взъерошенными космами, с отвисшими грудями и торчащим из оскаленной пасти красным языком; одеждой ей служили ожерелье из человеческих голов и пояс из отрубленных рук.

— Надо понимать, это и есть их дражайшая богиня? — поинтересовался Председатель.

— Вы абсолютно правы, — подтвердил Горислав, с интересом разглядывая нагрудные картины. — Это она и есть. Кали — Ужасная Разрушительница Времени, Темная Шакти Шивы.

Еще больший интерес у Костромирова вызвало орудие, найденное при одном из фансигаров, — полутораметровая плеть толстой кожи с нашитыми по всей длине загнутыми металлическими шипами. Один ее конец заканчивался ременной петлей, второй — бронзовым грузиком в форме шестигранника. Горислав тщательно рассмотрел зловещий трофей, даже подергал, проверяя на прочность. Вываренная кожа была чрезвычайно крепка, хотя и побурела от времени. Или от крови. Представить жутковатое оружие в действии было нетрудно: утяжеленная специальным грузилом, удавка легко захлестывала шею жертвы, а шипы не позволяли ремню соскользнуть, одновременно впиваясь в горло и разрывая артерии.

— Это румал, — пояснил Горислав, — ритуальное орудие пхасингаров. Видите, вот тут, на шестиграннике, изображение Кали-янтры — священного символа богини Кали.

— Так это ж пятиконечная звезда, — присмотрелся Шигин, — пентаграмма. Натурально, как у наших сатанистов.

— Не совсем. На самом деле Кали-янтра представляет собой пять равносторонних треугольников, заключенных внутрь восьмилепесткового лотоса. Треугольники символизируют преодоление пяти органов чувств и пяти тонких элементов, а лотос — сосредоточенность на высших эмоциях. Только если обыкновенно треугольники заключаются один в другой, то у душителей они складываются в изображение пятилучевой звезды с еще одним треугольником в ее центре, видите? Теперь нет сомнений, что мы имеем дело с настоящими фансигарами.