Книга Любовь вопреки запретам, страница 39 – Сандра Лав

Я проследила за её кивком. Группа людей, чье появление мгновенно изменило атмосферу.

Они двигались единым, слаженным потоком, облаченные в идентичные тяжелые плащи, расшитые символами, значения которых я не знала. На их лицах застыли вежливые, едва уловимые улыбки.

— Почему они контролируют всех? — прошептала я, чувствуя себя неуютно под их всепроникающим взглядом.

Жозефина склонилась к моему уху.

— У них есть магия, Мишель. Но она не похожа на нашу, ведьминскую, дикую и живую. Их магия — это порядок и структура. Они называют это «балансом», они удерживают этот мир от развала.

Она сделала паузу, провожая взглядом одного из старейшин, который кивнул кому-то из лордов.

— Им выгодно, чтобы их защищали те, у кого есть мечи и когти, ведь сами они в открытом бою почти беззащитны.

— И сейчас, как ты знаешь, появилась угроза, продолжала Жозефина, её голос стал серьезнее.

— Общий враг объединяет всех, Мишель. Даже тех, кого, казалось бы, объединить невозможно.

Я посмотрела на неё, и в горле встал ком. Обхватила себя за плечи, пытаясь унять внутреннюю дрожь.

— Эту проблему можно решить и без этих союзов, выдавила я из себя.

— Ты права, мягко ответила наставница, но в её глазах я увидела глубокую печаль.

— Но ты должна помнить: наш клан только-только начинает обретать истинную силу. Мы всё еще уязвимы, Мишель.

— Мы справимся сами, Жозефина! Нам не нужны чужаки, которые будут диктовать свои условия.

Она внимательно посмотрела на меня, и в её взгляде мелькнула тень иронии.

— Тогда зачем ты согласилась на предложение Фреда?

Я нервно усмехнулась, отводя глаза. Мои пальцы впились в ткань платья.

— Он может быть полезным, только и всего, я небрежно отмахнулась.

— Может, ты и правильно поступила, она подошла ближе и взяла мои ладони в свои.

— Но всё равно, Мишель всё нужно хорошенько обдумать.

Я сглотнула, поджимая губы. Мысль о том, что мне придется работать бок о бок с Вальтером, заставляла меня задыхаться. Одно только воспоминание о его тяжелом взгляде, о его пугающей силе, о том, как он заполнил собой всё пространство, вызывало во мне почти физическую боль.

Находиться рядом с ним, чувствовать его запах, слышать его голос — это значило каждый миг балансировать на краю пропасти. Я чувствовала, как внутри меня всё сжимается в тугой, болезненный узел. Это был не просто страх, это было нечто более глубокое и разрушительное, что-то, что грозило сжечь меня дотла, если я позволю ему подойти слишком близко.

Вальтер

Ярость. Она не просто кипела во мне — она выжигала все внутренности. Стоило мне увидеть, как Фредерик коснулся её руки и увлек на танец, внутри меня словно сорвало.

Я не знал, как выдержал те несколько минут. Мои пальцы с силой впились в бокал, который я залпом осушил, чтобы охладить тот пыл, который вызывал внутри это вид.

Не сводил с неё глаз. Каждое её движение, каждый поворот головы — я фиксировал всё, как хищник, следящий за добычей, которую у него пытаются увести из-под носа.

Мой взгляд, вопреки воле, вопреки здравому смыслу, был прикован к ней.

Ее спина безупречно прямая, гордая. В каждом ее движении, в том, как она поворачивала голову или плавно скользила в танце, сквозила какая-то невыносимая грация.

Я судорожно сглотнул, чувствуя, как в горле пересохло. Перед глазами, прорываясь сквозь пелену настоящего, вспыхнуло воспоминание двухлетней давности.