Книга Сквозь огонь и кровь: Путь к истинной, страница 57 – Сандра Лав

Неужели боится, даже если это её клан, зачем? Из-за своей силы, которую потерять может, Вальтер ведь говорил, что у сильных ведьм силу забирают, да и старая ведьма тоже.

Сглотнул, садясь обратно за стол. Эта мышка, до чего же она довела меня.

— Глупый, до чего же ты глупый, говорила старуха, и я усмехнулся, смотря на неё. Как будто она знала, что происходит в моей голове.

— Не смотри на меня так, волк. Девку довести не дам, и так вчера из истерики вытащила, продолжила она, и я оскалился, откинувшись на спинку стула. Ещё не хватало, чтобы меня в чём-то обвиняли.

— Она боится всего на свете, мне плевать, сказал ей.

Старуха внимательно и долго смотрела на меня, пронзая своим взглядом, пока не хмыкнула.

— Знаешь, почему у неё голоса нет? Спросила она, и я отрицательно покачал головой, не скрывая любопытства. Это заинтересовало меня.

— Ну да, если бы знал, может быть и помягче с ней был, она усмехнулась,сказав это. Ведьма вздохнула, поправив платок на голове.

— Волки, из-за волков это всё,произнесла она, и мои глаза округлились, когда она это сказала.

— Что волки?— переспросил я, и в голосе моём слышалась злость, которая непонятно откуда появилась. Она усмехнулась, стала замешивать тесто, не обращая на меня внимания. Её слова эхом отдавались в моей голове.

— Она не рассказала, знаю только, что волки, боится их. Что сделали тут уже никто не знает, сказала Глаша, и её слова заставили меня задуматься.

— Значит, не так сильно боится, констатировал я, откусив яблоко, чтобы хоть как-то скрыть смятение. Старуха скривилась, досадно качая головой.

— Не понимаешь ничего,не унималась она.

— Она истинная твоя.

— Мне не нужна такая истинная, резко ответил я.

— Уже один раз видел, что творит эта истинность, какую боль приносит. Мне такое не надо. Я стукнул по столу, не в силах сдержать гнев, прорвавшийся наружу.

— Она ведьма, я никогда не приму её.

— Хотя, что ты понимаешь, ты сама-то ведьма,усмехнулся я, но Ирма, казалось, не обращала внимания. Она тяжело вздохнул.

— Что, виновата она, что ли, что ведьмой родилась? Думаешь, легко ей? - спросила она, и в её голосе слышалась горечь.

— Родная тётя силу забрать пытается, ни во что не ставит. Где это видано, её променяли на власть?

Думаешь, легко? А ты тоже хорош, мужчина, такое позволять не должен.

Она замолчала, и её слова эхом отозвались в моей голове.

— Душа её слишком чистая, слишком светлая для этого мира, чтобы хоть как-то ему противостоять. Её могут поймать в любой момент. А она огня своего боится, ведь кому её учить то было. Всё отвернулись, использовали, заперли. Разве о таком она мечтала, Ирма вздохнула.

— Она ещё ничего не видела, а уже из неё хотят выкачивать всю магию.Все за неё решили, а она другого хочет.

Я нахмурился, её слова задели меня, в груди заныло, хотя я не понимал, почему. Метка моя заболела, давая о себе знать, отзываясь болью.

— Ты хоть знаешь, что бывает с теми, у кого силу забрали? - продолжила Глаша, и я отрицательно покачал головой, хмурясь.

— Так и думала, что не знаешь. Знал бы, может, поумнее и был, сказала она, продолжая месить тесто.

— Что бывает? Договаривай раз начала, жёстко спросил я у неё, чувствуя жжение, которое разливается в груди, сводя с ума. Мышка не даёт мне покоя, даже думать нормально не могу, не могу выбросить её из головы.