Книга Запретное притяжение Альфы, страница 112 – Сандра Лав

Он не спешил уходить. Он выпрямился, возвышаясь над кроватью, и это его присутствие действовало на нервы сильнее, чем сама рана.

Я не привыкла быть слабой, а он видел меня такой уже не в первый раз — изломанной, беспомощной, нуждающейся в защите. Это бесило. Это унижало.

— Живот резко заболело, Карен, прошептала я, прикрывая глаза, чтобы не видеть ЕГО.

Я услышала характерный лязг. Карен начала быстро разрезать окровавленную ткань на месте моей раны. Прохладный воздух коснулся воспаленной кожи, заставляя меня вздрогнуть.

— Она вновь проявила неосторожность, раздался над головой низкий, вибрирующий голос Вальтера.

Я сглотнула, чувствуя, как внутри закипает глухое раздражение. Почему он до сих пор здесь? Почему он смотрит на мои страдания?

— За то, что донесли — спасибо. Теперь можете быть свободны, —выдавила я, стараясь, чтобы голос звучал твердо и холодно. Мне нужно было, чтобы он ушел, чтобы я снова могла дышать без этого давящего ощущения его власти.

Я открыла глаза, ожидая увидеть, как он развернется и выйдет. Но Вальтер даже не шелохнулся. Он сделал шаг ближе, и его тень полностью накрыла меня.

— Команды здесь отдаю я, ледышка. Поэтому лежи и молчи.

Мои глаза округлились от такой наглости. Я хотела что-то возразить, вскинуться, но Карен приложила к ране что-то обжигающе холодное, и я лишь смогла судорожно выдохнуть, впиваясь пальцами в простыни.

— Рана воспалилась, Мишель. Ты хоть мазями её мажешь? — голос Карен звучал приглушенно, но в нем отчетливо слышались нотки искренней тревоги.

Я сглотнула, чувствуя, как во рту пересохло. Просто кивнула, не в силах вымолвить ни слова. Каждый её жест, каждое прикосновение к воспаленным краям плоти отзывалось во мне пульсирующей мукой.

— Я же тебе говорила, что ходить нельзя! — Карен всплеснула руками, и в её глазах на миг отразился страх.

— Побереги себя. Неужели не помнишь, как той зимой лежала с лихорадкой, едва дыша? Мы тебя буквально с того света вытаскивали.

Я горько, едва заметно улыбнулась. Та зима, холод, одиночество и бесконечный бред.

— Ну ты же вылечила меня тогда, прошептала я.

— Вылечила.Но ты себя совсем не берешь! Карен сердито поджала губы, переводя взгляд с меня на застывшую фигуру Эдгара.

— Понимаю, дел в деревне невпроворот, ответственности на тебе много, но наш Глава здесь. Теперь ты можешь, нет, ты должна немного расслабиться.

Я скривилась, и не только от боли. Слово «расслабиться» рядом с Вальтером звучало как злая шутка.

— Не учи меня, Карен. Сделай свою работу, пожалуйста, процедила я сквозь зубы.

Я кожей чувствовала на себе взгляд Вальтера. Он не двигался, не произносил ни звука, но его присутствие заполняло собой всё пространство комнаты, вытесняя воздух. Это было физически ощутимо — тяжелое, хищное внимание, от которого хотелось просто спрятаться.

— Значит, это не в первый раз? — его голос, низкий и вибрирующий, заставил меня вздрогнуть. В нем слышалось опасное раздражение. Что ему нужно? Какое ему дело до моих прошлых болезней?

— Не в первый, Глава, Карен, кажется, решила найти в нем союзника, что привело меня в ярость.

— Может, хоть вы сможете до неё донести? Она у нас девушка невероятно трудолюбивая, о себе забывает, лишь бы деревне добро сделать. Только не понимает, глупая, что так себя совсем покалечит.