Книга Княжна Разумовская. Спасти Императора, страница 140 – Виктория Богачева

Что-то подобное начиналось и в этом мире.

— Отцу дай волю, и он бы лишил женщин любых прав. Особенно права перечить мужчине, — горько усмехнулась я, памятуя о нашем последним с ним разговоре.

Михаил взглянул на меня с легким интересом.

— Не согласны с ним, Варвара Алексеевна?

— Конечно же, нет! — негодуя, я тряхнула прической. — Женщины тоже люди. У нас есть ум, есть желание понять мир, узнать что-то новое. Но, конечно, гораздо проще, когда женщина занимается только домом и семьей, не задавая лишних вопросов.

— А что прикажете делать с разгулом вольнодумства? — очень серьезно спросил граф.

Я склонила голову набок и выразительно посмотрела на него.

— Едва ли собственный сын генерал-губернатора посещал какие-либо курсы, которые подтолкнули его сделать то, что он сделал...

— А что же тогда?

— Как раз именно то, что мой отец вознамерился распространить на всю Москву, — твердо отрезала я. — Непомерные и необоснованные запреты, полнейший контроль, отсутствие любой свободы и бесконечные наказания.

Поймав внимательный взгляд Георгия, я осеклась. И чуть прикусила язык. Едва ли в середине XIX века могли существовать психологические изыскания на тему того, как пагубно жесткие ограничения влияют на детей.

Но чем дольше я об этом думала, тем сильнее была уверена: Серж, возможно, родился с некой гнильцой. Но тирания старшего князя Разумовского определенно очень сильно повлияла на то, какой путь в итоге выбрал его сын.

Наверное, он и Варварой распоряжался, как хотел. Неудивительно, что у характер у нее был непростой. Может, она и браку с князем Хованским так сильно противилась из-за глупости и желания хоть что-то сделать наперекор отцу...

Но об этом уже было поздно размышлять.

А вот текущие решения старшего князя Разумовского взволновали меня и расстроили. Отобрать у женщин последние жалкие крохи, лишить их возможности учиться... Да и еще действовать такими топорными методами.

Неужели ничего нельзя было придумать?..

Очень захотелось им помочь. На что-то повлиять. Но я ничего не могла сделать и от бессилия приходилось лишь скрежетать зубами.

Вечером я сидела на кровати, натянув одеяло на согнутые колени, и наблюдала за Георгием, который расхаживал по комнате в накинутом на плечи халате и свободных брюках.

— Можно ли как-то повлиять на решение отца? — спросила я вслух, рассуждая скорее сама с собой.

— О чем ты? — муж остановился напротив кровати и бросил на меня вопросительный взгляд.

— О женском образовании! — выпалила я поспешно.

Стало обидно, что он совсем не обратил на это внимания, а ведь с Михаилом мы проговорили об этом весь вечер. Он вообще мысленно был где-то очень далеко. Казался рассеянным, почти не участвовал в нашей беседе, постоянно замирал и смотрел в одну точку...

— Тебя это так сильно задело? — Георгий чуть нахмурился, а я фыркнула.

— Конечно, задело! Ты разве не согласен, что мой отец поступает несправедливо?

— Политика — не женское дело, Варвара.

Я едва не подавилась воздухом и посмотрела на него, широко распахнув глаза.

— Как и образование, надо полагать, — едко заметила я. — Знания для женщин — лишнее бремя. Не дай Бог, образованная женщина перестанет быть удобной.

Князь поджал губы, меж бровями появился знакомый залом, который я видела множество раз, когда он спорил с другими людьми. Когда был с ними не согласен, когда ему не нравилось то, что он слышал.