Книга Поиграем?, страница 210 – Кая Андерсон

— Ровно 59 минут, — усмехнулся Аррингтон, что вальяжно развалился на ее кровати, листая какую-то книгу.

— Боже, — ахнула Скардино, рефлекторно приложив руку к сердцу. Она чертовски, этого не ожидала.

— Не угадала, — поднял на неё наглый взгляд Рэн, вставая на ноги,

— Поздравляю с сохранением лидерства.

— Спасибо, — довольно улыбнулась Аннабель, присев на свою бархатную лавочку, напротив зеркала,

— Поздравляю с сокращением отставания.

— Благодарю, — хмыкнул Аррингтон, подходя к ней со спины, запрокидывая голову назад. Одна рука легла на шею, вторая обхватила подбородок. Встретившись с ней взглядом, он опустился, ниже накрывая ее губы своими. Аннабель охотно ответила, крепче обхватив лавку руками, даже в таком необычном положении, это было прекрасно. Отстранившись, Скардино чуть облизнула губы и села ровно, беря с тумбы свой спрей, разбрызгивая его по голове.

— Я был крайне удивлен, увидев на приме твою бабку, — усмехнулся Рэн, положив ладони на ее плечи, то и дело, надавливая пальцами.

— Я тоже была удивлена, когда родители вызвонили ее и этих двух уродов, — выдохнула Аннабель, проводя по волосам расческой, аккуратно распутывая.

— Думают, они выглядят столь же выигрышно как ваши родственники.

— Не выглядят, — посмеялся Аррингтон, продолжая разминать плечи, проникая пальцами под халат и сорочку одновременно.

— Издеваешься? — изогнула бровь Скардино, шумно выдохнув от приятных ощущений. Массаж это и без того божественно. А сегодня так вообще на грани жизни и смерти. День то дрянь.

— Возможно.

— Ты не представляешь, насколько они паршивые люди. Джеффри по сравнению с ними, просто дар божий, — прозвучала горькая усмешка.

— Аннабель, я тоже имел удовольствие пересекаться с твоей семьёй на протяжении жизни. Можешь не утруждать себя рассказами, — усмехнулся Рэн, сжав свои пальцы на раскрасневшейся коже. Он прекрасно знал о ком идет речь. Пусть они общались гораздо меньше, но ему хватило, чтобы понять.

— Видел шрам у меня на спине? — хмыкнула Скардино, припоминая небольшой бледный рубец в середине позвоночника. Аррингтон не ответил, лишь вопросительно посмотрел на неё, давая понять, что видел.

— Это от бабулиной указки, — посмеялась Скардино. Вот такие вот уроки этикета. Идеальная осанка у неё будет даже в гробу. Рэн вновь промолчал, поцеловав ее в макушку, шумно вдыхая приятный аромат, кажется яблока и ванили. Ему было нечего сказать. Он и не хотел ничего говорить. Его искреннего презрения к такому, итак хватит. С такими людьми нужно не разговаривать.

— Хочешь конфетку? — хихикнула Аннабель, достав из тумбы арбузные леденцы, закинув один из них в рот. Встала на ноги, проведя своей ладонью по его ребрам, опоясывая живот. Остановилась напротив, высунув язык с лежащим там розовым кругом.

— Хочу, — сверкнул глазами Аррингтон. Он любил такие игры. Очень сильно любил.

— Ну, тогда возьми, — протянула она, проникая ладонями под его рубашку, накрывая живот с обеих сторон. Рэн недолго думая, сделал шаг к ней, вновь смыкая их губы. Его язык сразу же проник в ее рот, задевая конфету, уводя ее в сторону, больше останавливаясь на таком сладком сейчас языке.

— Вкусно? — томно выдохнула Скардино, даже не открывая глаз, теперь леденец был у него.

— Очень, — шумно сглотнул Аррингтон, опять притягивая ее к себе, возвращая конфету. Руки хаотично блуждали по телу. Неожиданно ручка двери в комнату задергалась. Аннабель резко повернулась в сторону непонятного звука. Руки так и остались лежать на широких плечах. Закусив губу, она перевела беспокойный взгляд на Аррингтона. Тот молчал, все еще крепко прижимая ее к себе.