Книга Единственная для звездных адмиралов, страница 94 – Алиса Линд

Я жажду её. Снова.

Пальцы чешутся сдёрнуть этот халат, уложить её обратно в кровать и целовать, пока она не начнёт задыхаться от желания. Но я не трогаю. Пока. Пусть досмотрит новости. Пусть осознает, что она сделала. Пусть почувствует вкус победы.

Она заслужила.

Головизор глохнет. Рэйн переключил канал, сам смотрит на неё. В его взгляде всё ещё осталась напряжённость, но уже без той остервенелой сосредоточенности, как раньше. Сейчас он просто смотрит, как на сокровище. Не трогает, не командует. Дышит в унисон.

Ши выдыхает:

— Мы сделали это.

Я качаю головой.

— Ты сделала, малышка. Мы просто были рядом, чтобы никто не помешал.

Она улыбается, но в глазах мелькает лёгкий страх. Не за себя — за нас. За то, что может быть дальше. Я вижу, как она гасит в себе это тревожное чувство. Как хочет поверить, что всё наконец позади.

— Да, но осталось незаконченное дельце, — говорит Рэйн.

Ши напрягается, и тут же подаюсь ближе, накрываю её ладонь своей. Она тёплая, чуть влажная от кружки. Я сжимаю её пальцы и шепчу:

— Ты с нами. Навсегда. Всё остальное — дело техники.

Рэйн уходит вглубь номера, достаёт планшет, щёлкает что-то на экране. Молчит. Это значит, что он задумал что-то серьёзное. У него не бывает мелочей. Я уже узнаю этот его взгляд: как перед спецоперацией, когда просчитывает всё на десять шагов вперёд. Но этот раз — другой. Мягче. Глубже.

Ши смотрит на меня, и я улыбаюсь. Медленно, по-мужски, с тем ленивым жаром, от которого у неё всегда начинают дрожать ресницы.

— Не смотри так, — выдыхает она, отворачиваясь.

— А как мне на тебя смотреть? — шепчу я и откидываюсь в кресле рядом. — Как на обычную? Нет, милая. Я так не умею. Ты — наша.

Рэйн возвращается.

— Собирайтесь, — говорит он спокойно. — Я нашёл место. В горах, недалеко отсюда. Мы немного там побудем. Тишина, высота, воздух. А потом…

Он бросает на нас взгляд. Долгий, хищный.

— … потом будет кое-что ещё.

Ши поднимает на него глаза.

— Что?

Но он не отвечает. Только чуть склоняет голову.

— Увидишь.

Я понимаю, что он задумал, ещё до того, как он это озвучит. По глазам. По выражению лица. По интонации.

Рэйн всё устроил. Он говорил, что нашёл провинцию, где разрешены тройственные союзы. Он подготовил всё. Он везёт нас туда, чтобы мы наконец оформили то, что между нами давно произошло.

Я не говорю вслух. Не порчу сюрприз. Но в груди разворачивается тёплое, плотное чувство.

Ши будет наша. Официально. На виду. С кольцами, с клятвами, с ритуалом.

Семья. Мы трое.

Я потянусь к ней и целую в висок. Медленно, глубоко. А потом в ухо шепчу:

— Готовься, малышка. Будет красиво.

Мы едем молча.

Гравикоптер летит плавно, словно скользит по воздуху, а не сражается с ним. За окном — густые туманы, сизые скалы, сосны, как со старых сеоринских пейзажей, затянутые инеем. Высота. Воздух плотный, холодный. Я вожу пальцем по внутреннему стеклу — конденсат тут же испаряется.

Ши сидит между нами. На ней плотная куртка и шарф, волосы распущены. Она расслаблена, но внутри напряжена — я чувствую. Новое место, новые обстоятельства. Она ещё не знает, что это. А мы с Рэйненом специально не говорим. Пусть будет сюрприз.

Дом появляется из тумана внезапно.

Укрытый в скалах, как гнездо. Тёмный металл, вросший в камень. Панорамные окна на всю стену. Тихая роскошь. Никаких охранников, камер, посторонних. Только мы.