Книга На два импульса, страница 61 – Амалия Мо

Я замерла. Мне казалось, что его слова отозвались где-то глубже, под кожей, в местах, которые я прятала.

— Маниакально звучит, – рассмеялась я и снова сделала глоток кофе. – Я хотела… кое-что спросить…

В голове давно сидел вопрос, на который мог ответить только он. Теперь, когда мы сблизились, я посчитала, что могу честно спросить его об этом.

— Почему ты обратил Асторию? Ты ведь знал, что тебя ждёт.

Наши взгляды встретились, и я увидела в нём нечто… что невозможно описать словами.

— Я устал, Каяна, – вот так просто сказал Калеб, и я сразу поняла, куда он клонит. – Но не от жизни как таковой. Я устал тянуть на себе всё это: корпорацию, чужие ожидания, семью, вину. Все думают, что «Морвель Корпорэйшн» – моё детище, будто я рвался к власти, но мне просто не дали выбора. Мне накинули петлю на шею, затягивая её с каждым разом всё сильнее.

Он сделал паузу и тихо, безрадостно усмехнулся.

— Тогда мне казалось, что, если я уйду, ничего не изменится. Астория… – он поднял на меня взгляд, – она разрабатывала препарат, который должен был стать прорывом. Не лекарством, а спасением. Я знал, что без обращения она не успеет его завершить. Без неё исследование бы сильно затянулось. Это не просто разработки. У неё уникальный мозг, который даже десятки учёных не могут заменить…

— И ты решил, что лучше заплатить своей жизнью за возможность подарить ей время, – догадалась я, чувствуя, как внутри всё сжалось.

— Я знал, что нарушаю запрет. Знал, чем это обернётся. Но впервые за долгое время это было моё решение. Она выживет. Продолжит. А я… Я был готов заплатить.

— Но всё пошло иначе, – прошептала я.

— Боги, вероятно, имеют на меня свои планы, раз появилась ты.

Я опустила взгляд в кружку, делая вид, что сосредоточена на напитке, но внутри всё колотилось. Мысли кружились вокруг услышанного.

В его голосе не было жалости к себе. Только тихая, упрямая усталость, с которой живут те, кто давно отчаялся.

Мне стало больно. Необъятная грусть захватила целиком. Это не была жалость. Это было горькое понимание: всё это время я видела в Калебе не того, кто он есть на самом деле. Считала его сильным до безразличия, высокомерным, не способным чувствовать иначе, кроме как командовать и контролировать. А он оказался сломленным. Настолько сломленным, что всерьёз собирался уйти…

И в этот момент мне стало невыносимо тяжело дышать. Я вспомнила, как отвернулась от него, как бросила, как сознательно решила, что не хочу быть донором, что буду лучше травить себя, чем прикоснусь к нему. Между нами выросла стена, которую я сама старательно воздвигала. Я отдалилась от него так же, как и все остальные в его семье.

Сердце сжалось. Всё казалось другим, даже то, как он смотрит. Он не просит, не требует. Он просто рядом. И прячет ту часть себя, которую я вдруг увидела, словно случайно сорвала с него чужую маску и впервые обнаружила не хищника, а того, кто слишком долго тащил всё на себе. Оставшись в итоге один даже в момент, когда боги послали ему меня…

— Пожалуйста, Каяна… только не надо меня жалеть, – в тоне его голоса сквозила горечь.

— Я не жалею тебя! – попыталась оправдаться я, но вряд ли он мог разглядеть за моей грустью нечто большее.

Калеб покачал головой, отвёл взгляд и чуть прищурился. Казалось, его мысли снова уносились куда-то далеко.